— И тот принёс отцу еду, а отец, решив убедиться, что это его любимый сын, стал трогать его волосатые руки?
— Именно так. И как отец ни сомневался: мол и быстро ты вернулся, и голос у тебя не такой, убедила его именно волосатость, то есть шкурки, и одежда брата, в которую обрядила его мать. И отец его благословил.
— То есть заключил контракт с богом.
— Именно так. По сути, само слово «завет» именно это и означает — договор с богом. «Ветхий Завет» — значит, старый контракт, а «Новый Завет» соответственно, новый, заключённый с новыми героями.
Но «Новый завет» это совсем другая история.
— Что же отец ему пожелал?
Аврора достала телефон.
— Чтобы не соврать, — пояснила она и, потратив какое-то время на поиски, зачитала с экрана: — Пусть у тебя всегда будут хлеб и вино. Пусть тебе служат народы и племена. Стань господином над братьями, пусть они тебе поклоняются. Проклинающие тебя будут прокляты, а благословляющие — благословлены.
— Но в итоге рыжий вернулся с охоты?
— Конечно. Ничего не подозревая, приготовил пойманную дичь, принёс отцу.
Тут отец едва не прозрел, а точнее, у него случился, что называется, когнитивный диссонанс. Он стал разбираться и понял, что его обманули. Исав расстроился, что брат его снова подставил. Но поздно, на одно и то же дважды благословлять нельзя, хотя отец и его всё же благословил. Ему он сказал, — Аррора снова посмотрела на экран. — Ты будешь жить тем, что добудешь мечом, будешь служить брату, но однажды сбросишь это ярмо.
— И что терпила Исав? Опять проглотил?
— В этот раз нет.
Он решил, что как только отец умрёт, пойдёт и убьёт брата. Но тут опять вмешалась мать. Она решила хитростью сплавить любимого младшего сына подальше, пока гнев старшего не утихнет, поэтому пришла к мужу и говорит: «Дорогой, у Исава две жены и обе из племени хеттов, я их терпеть не могу, пусть хоть младший найдёт себе жену из нашего рода. Давай отправим его к своим». Иаков уехал в Месопотамию. А что было дальше…
— Уже совсем другая история, — подсказал Демьян.
Глубоко наплевав на приличия, он подтянул её к себе, скользнул губами по щеке, коснулся краешка губ, а потом и не краешка.
К сожалению, гид всех позвала в автобус.
— Ты прямо как Шахерезада, невозможно оторваться, — двусмысленно похвалил Демьян, когда они заняли свои места, и автобус взял путь к берегу с петроглифами.
— Это не я, — улыбнулась Аврора. — Это лекции, что я слушала.
— А дадите мне ссылку, — подал голос с соседнего кресла Антон.
