Давай решать вопросы по мере поступления. Андрея нужно обследовать, на это нужны деньги, может, поездка в Питер или Москву. Да — да, нет — нет. Всё просто. Не нужен Воскресенскому ребёнок — будешь искать другие возможности. Приедешь ко мне. Если я уже не смогу, поможет Романовский. Он не откажет.
Они остановились у большого кирпичного дома. Остроконечные башенки, мансардный этаж с круглым окном — всё, что виднелось из-за высокого забора, — делали его похожим на замок. В отличие от Иркиного теремка этот дом и строился с размахом, и выглядел так же.
— Звонить? — Аврора протянула руку к кнопке видеосвязи у ворот.
— Я сама, — вышла вперёд Ирка.
— Здравствуйте! Я Ирина Лебедева, — сказала она, когда в динамиках прошуршало «Слушаю вас!» незнакомым голосом пожилого мужчины. — Я к Вадиму Воскресенскому.
— К Вадиму Борисовичу? — уточнил мужчина в домофон. — А он уехал. Улетел. В Москву. Как вы сказали, вас зовут? Ему что-нибудь передать? Я могу позвонить.
— Нет, спасибо, ничего не надо, — потухшим голосом ответила Ирка.
Глава 45
«В Санкт-Петербурге плюс десять. Дождь…» — сообщил командир корабля усталым красивым баритоном и попрощался.
Демьян посмотрел в иллюминатор: типично серое типично Питерское небо, посадочные огни. Бросил в пустой стаканчик смятую салфетку. Сунул в сумку разрядившийся ноутбук.
Снятый с режима «в самолёте» телефон ожил сообщениями, пропущенными звонками, но даже заглядывать не хотелось. Что он узнает из них интересного — работа, заботы, дела. Обычно он возвращался из поездок уставший, но радостный — возвращался домой.
В этот раз уставший и безрадостный. И какой смысл спрашивать себя «Почему?»
Потому что он встретил женщину, без которой ему тоскливо.
Потому что она осталась, а он уехал.
Потому что кончается на «у», как говорила бабушка.
Он повесил на плечо сумку. Не глядя по сторонам, пошагал бесконечными коридорами, переходами, лестницами. Толкнул дверь «Выход в город» и... остолбенел от неожиданности.
— Полина?
— Привет! — помахала ему рукой жена. Пока Демьян хлопал глазами, подошла.
Обняла. Ткнулась губами в бритую щеку. Скривилась: — Колешься.
— Слегка оброс, — почесал Демьян подбородок. Да не особо-то он и кололся: щетина едва проступила. — Ты что здесь делаешь? — на всякий случай спросил он.
— А что ещё я могу здесь делать? — хмыкнула Полина.
— Да кто тебя знает.
— Прекрати уже, Кораблёв, а? — дёрнула она головой. Протянула ключи от машины. — Сам поведёшь?"
"Он должен был сказать, что домой не собирается.
