Глеб взял себя в руки и буквально за минуту перешел в режим заботливого самца, оберегающего свою самку."
"Отвез меня в роддом. Потом сгонял за детьми, завез их к матери, клятвенно пообещав, что кафешка будет, но чуть позже. Затем заскочил за беременной сумкой и рванул ко мне.
Сидел со мной в палате все время, пока бушевали схватки. Мял спину, держал за руку, рассказывал какие-то дурацкие истории, отвлекая меня от болезненного процесса.
С ним было спокойно и надежно. И я представить себе не могла, как проходила бы все это одна.
Без него.
Я не хочу без него. Я хочу с ним. С нашими детьми, которых совсем скоро станет на одного больше. Хочу, чтобы в нашем доме всегда был смех, уют и радость.
В этот момент я окончательно отпустила ситуацию с Оленькой. Пошла она к черту. Я не позволю какой-то никчемной козе омрачать нашу дальнейшую жизнь. Буду счастливой, здесь, сейчас, и через много-много лет, с ним. А всякие меркантильные твари могут идти лесом.
Когда начались потуги, и меня забрали в родильный зал, Глеб тоже был со мной.
Держал за руку, поддерживал и даже сам тужился так, что чуть не потерял сознание.
— Папаша, вы бы отдохнули что ли. У нас все под контролем, — медсестре пришлось его усаживать на стульчик в уголке, чтобы не повалился на пол. А то бы пришлось не только роды принимать, но и взрослого контуженного мужика в чувства приводить.
В принципе роды были… обычными. К четвертому ребенку я уже смирилась с тем, что беременной из родильного зала еще никто не уходил. Поэтому слушала врача, не нервничала и даже умудрялась в перерывах между потугами переброситься словечком с бледно-зеленым мужем.
Последнее усилие, и в зале раздался возмущенный детский плач.
— Голосистый какой, — восхитилась акушерка, забирая у врача наше сокровище, — ну, задаст он вам жару.
— Ничего, мы привычные, — выдохнула я, облегченно откинувшись на подушки.
Кажется, муж даже прослезился, когда взял на руки маленький кряхтящий кулек.
На эту ночь он остался в клинике вместе со мной. Благо, ВИП-палата для совместного пребывания была оплачена давным-давно.
И пока я приходила в себя — а это было непросто, учитывая, что роды почти в сорок это совсем не то же самое, что роды в двадцать — помогал мне с сыном.
Даже не отдал медсестре, когда та пришла и предложила его забрать, чтобы мы отдохнули. Все сам.
Утром Глеб уехал, и я была абсолютно спокойна за то, как он справится и с детьми, и с домом, и с работой, и с подготовкой детской.
Спустя три дня на выписку приехали все.
