Это не новость, но блядь… Подрывает конкретно.
Раскатывают зачатки раздражения, ломают систему. Неприятно. Но терпимо. Жри, Давид.
Дергаю молнию толстовки вниз. Дина вместе с треском замка от неожиданности тоже вздрагивает и протестующе взвизгивает. Копаемся на полу, снова вступаем в сомнительную борьбу. Она же понимает, что заломать никакого труда не составляет. Уступаю ей по факту, даю понять, что я готов прогибаться, лишь бы она поняла хоть что-то из того, что пытаюсь донести.
В запале лицом прижимаюсь и вдыхаю запах.
Чистая. Сладкая. Нежная. И, конечно, максимально разъяренная.
Хочу. Сдыхаю, как хочу достать члени и загнать. Спину и ноги мурашками обсыпает, будто песок падает на голую кожу. Стряхнуть нереально. Затылок огнем полыхает.
— Не отпущу, Дин. Поняла?"
"Я, блядь, не в силах больше носить груз. Прижимаюсь к шее, впиваться не рискую, чтобы не стала брыкаться сильнее. Лишь дышу ей. Признаю, что разматывает от близости. И хочу я теперь тоже только ее. На хер всех!
Сжимаю челюсти сильнее.
Напряжение адское. Мое тело капкан, душа потемки. Но … тупо взять свое не могу. Хотя желаю этого больше всего на свете. Сдерживаюсь из последних ресурсов, копаю в себе человечность. Не могу я просто трахнуть Дину. Распять на полу и выебать. Теперь не могу.
Да что со мной происходит!
Не выдерживаю. Резко веду головой, прижимаюсь к губам. Язык не всовываю, но даже этой малости хватает, чтобы снесло голову. Обжигает зверской похотью. Член штаны готов прорвать, настолько кровь сильно приливает.
Руки как у заправского наркоши ходуном ходят, приходится напрячь кисти до легкой боли.
Я тело Дины сквозь одежду ощущаю, будто она голая. Каждый изгиб, каждый выступ.
— Я не буду с тобой.
Слова отрезвляют.
Стряхиваю морок, он с трудом развеивается. Понимаю, что Дина про секс говорит и внезапно в башке всплывает.
«Что с тобой пробовать. У меня на тебя не стоит. Поняла?»
Жри, Давид.
Вытряхиваю из себя стыд за брошенную фразу. Надеюсь, что Дина о ней тоже забыла, потому что теперь все по-другому.
Не то, что стоит. Это не то. Железобетонным столбом маячит.
Перестаю собой владеть. Пытаюсь сам себе доказать, что фразы той не существовало. Вновь целую бывшую. Сжимаю сзади шею, подталкиваю. Нежно действую, аккуратно. Почему мне так с ней сейчас? Почему так охренительно хорошо, несмотря на то что мы постоянно в перманенте войны находимся. И даже сейчас, когда Дина убить меня готова, все равно кайф.
— Не настаиваю. Если не готова, встретимся в другой раз.
