Она безвольно вкладывает пальцы, вынужден сжать крепче, чтобы не выпали. Дина безразлично идет за мной. Завожу ее в кабинет и остаюсь рядом. Мне необходимо знать, что шрамов не останется. Хочу подтверждения.
Ворон осматривает, дает заключение. Локоть заживет, а на колено придется наложить пару швов под местной анестезией.
— Потерпите, Дина?
С каких пор хирурги так приторно лыбятся пациентам? Насколько знаю с другими Воронов суров до наждачки. Интересно мне.
— Без проблем.
Она ему тоже мило улыбается. Может выйти и не мешать? Пусть развлекаются.
Нет ни о какой ревности речи не идет, просто хочется разбить морду давнему другу за то, что посягнул на мое. Еще один претендент за вечер. Не многовато?
Неважно, что жена мне не нужна. Она же моя, так какого хера?
— Дава, в операционную нельзя, — останавливает Ворон.
— Серьезно? А кто мне запретит? Ты?
— Давид!
— Халат давай или что там нужно.
Он молча швыряет мне робу. Облачаюсь и надеваю маску. Дина впервые за вечер проявляет эмоции и удивленно смотрит.
Не считаю нужным отвечать. Я иду туда просто потому, что ответственен за нее. Не упало следить будут ли они договариваться о встрече, потому что Ворону давно нравится Динка. Неужели думает, что не знаю. Или не поэтому примчался среди ночи шить два стежка? Ладно, мне наплевать. Когда вышвырну из своей жизни пусть женится на ней. Даже свадебный подарок притащу. Но пока она со мной.
Ворон укладывает на кушетку Дину и сюсюкает, будто ей тринадцать. Мне блядь кажется или он уж слишком нежно касается ее.
Интересно что дальше?
Дина глазом не моргает, даже голос не меняется, когда видит иглу с ниткой. Не паникует и не дергается. Удивляет меня, да. Как заново знакомлюсь с ней.
Воронов фиксирует колено и ободряюще улыбается. Не вижу выражение лица жены, но очень интересно. Захожу с боку, чтобы лучше видеть, как работает недохирург-казанова. Напоминаю о том, что шрамов быть не должно, но он это и так знает.
Гремят стерилизаторы, загораются яркие лампы. Он отвлекает Дину от манипуляций, заговаривает.
Я реально не понимаю разливаний соловьем, но от приторности блевать тянет. Старается, зарабатывает бонусы на будущее. Разве меня это цепляет? Нет, конечно. Вся тусовка видит, как меняю любовниц не заботясь, что жена узнает. Поэтому Дине позволительно флиртовать в моем присутствии. Такие дела.
Складываю руки на груди и внимательно наблюдаю за ужимками павиана в белом халате. Бабуин несчастный. Сейчас горячим сахаром потечет.
