Пришлось прилечь и отвернуться от Снежка, потому что хватало короткого взгляда на его мордашку — я начинала снова безудержно хохотать.
Кот тут же перебрался к лицу.
Чтобы не видеть его, закрыла глаза. Тогда он лапой осторожно коснулся моего носа.
— Хочешь, чтобы еще поцеловала? — в хорошем настроении мне хотелось дурачиться, радоваться жизни, наслаждаться временем, когда я сама себе хозяйка. Вытянула губы трубочкой, как в детстве, и издала громкое — ч-чмок! Но так и не открыла глаза.
Снежок упал на бочок и прижался к моей голове теплым животом.
Потрясающий кот!
— Жаль, что мы хоть и в мире магии, но здесь нельзя как в сказке: поцеловать кота, чтобы он превратился в человека, — искренне пожалела я и потрепала Снежка за лапу. — Знаешь, когда мне в детстве читали сказку про царевну-лягушку, я мечтала найти лягушонка-мальчика, поцеловать его, чтобы у меня появился свой принц. Но когда поделилась мыслями с мамулечкой, она огорчила, сказав, что магии и чудес не бывает. Я расстроилась, перестала верить в чудеса, а потом оказалось, что магия-то есть! Только в другом…
За дверью в Димкиной комнате раздалось едва уловимое шуршание.
Снежок не придал ему значения, но изливать чувства мне перехотелось. Я притихла, и тогда приоткрылась дверь.
— Что ты о принце говорила? — показалась рыжая, разлохмаченная макушка.
Невероятно, но кодовое слово «принц» Димея услышала во сне, в другой комнате, хотя говорила я шепотом!
— О Селебрине ничего.
— Поменьше мечтай о принцах, — проворчала она. — Спать мешаешь. — А если заняться нечем, сходи к Нилене.
Пусть она пригласит ювелира. У меня украшений не осталось.
Помнится мне, у нее еще четыре ларца с украшениями. Но спорить не стала. После обеденного сна Димея вредная.
Поднялась с постели, поправила платье, прическу и отправилась выполнять поручение.
Крыло, где располагались участницы отбора, мне хорошо знакомо. Быстро миновала его, вышла на парадную лестницу. Идти туда, где сосредоточились самые напыщенные снобы, нет желания, но больше всего я не хотела, чтобы кто-нибудь догадался о моей робости.
Мне казалось, что стук моего сердца отражается от мраморных ступеней, хрустальных люстр, что его слышат все, кто попадался навстречу.
Похолодевшими от волнения пальцами, я легонько касалась фигурных балясин перил и делала шаг за шагом. И чем больше волновалась — тем прямее держала спину, выше вскидывала подбородок.
Свернув в анфиладу залов, натолкнулась на невысокую хрупкую девушку в сопровождении таких же изящных подруг.
