Бежать в туфлях и платье было неудобно, но я, можно сказать, уже привыкла, и потому до паромобиля добралась быстро.
— Я еду с вами! — решительно заявила я и хлопнула дверцей, забравшись внутрь.
Не стала дожидаться, пока он начнет спор.
— Как вам угодно, — с плотном сжатыми губами обронил герцог, и паромобиль, взревев, промчался через ворота.
Зарево мы заметили издалека.
Я посмотрела на Норфолка: его лицо просто застыло, превратилось в пугающую маску. Он сжимал руль обеими руками, и я видела вздувшиеся жилы даже на ладонях.
Он не отводил взгляда от дороги, смотрел прямо перед собой и, думаю, если бы рядом с нами рухнул метеорит, он не заметил бы. Его внимание всецело захватил пожар.
Когда мы добрались, вокруг было полно людей.
Огонь тушили и пожарные, и рабочие с фабрики: они забрасывали его песком и заливали водой из ведер. Но пламя распространялось быстро, и горящее здание было слишком высокими, и потому людских усилий было недостаточно.
Я смотрела, как огонь пожирал стены, забираясь все выше и выше, и как в самом низу, выстроившись в длинную цепочку, рабочие передавали друг друга ведра… И сердце болезненно сжималось от тщетности их усилий.
Герцог выскочил из паромобиля и затерялся в толпе, но через несколько минут я нашла его взглядом: он яростно и очень эмоционально спорил о чем-то с пожарными. Кажется, даже кричал. Потом оставил их и бросился к рабочим, потом вновь вернулся…
В цепочке, по которой передавали ведра, стояли лишь мужчины. Женщин я заметила не сразу: они держались чуть поодаль и наполняли ведра песком, который брали из огромной кучи.
Не раздумывая ни мгновения, я пошла к ним.
— Дайте мне лопату, — попросила, приблизившись.
Женщины так опешили, что на краткое мгновение забыли даже о пожаре. Потом одна пихнула под локоть другую, и уже третья несмело протянула мне короткий черенок.
Подув на упавшую на лицо прядь волос, я зачерпнула первую горсть песка.
* * *Рассвет свой первой ночи в статусе замужней дамы я встретила на пепелище.
Один из складов выгорел под ноль. Пожар не удалось потушить, его даже не удалось сбить, но, по крайней мере, усилий оказалось достаточно, чтобы не позволить ему перекинуться на соседние здания.
Все могло быть гораздо хуже. Могли сгореть второй склад и само здание, в котором располагалось производство и фабрика.
Но когда я смотрела в обескровленное лицо герцога, у меня язык не поворачивался сказать ему, что «могло быть хуже».
