Если бы отросшая щетина была сухой, оставила бы воспаленные ссадины. Добравшись до моего рта, Андрей сначала кусает, с явным умыслом испугать. А когда я на секунду притихаю, захватывает полную власть. Губами и языком. Влажно и жадно. Откровенно и неотступно.
Рецепторы взрывают знакомые вкусовые ощущения.
Мой мужчина. Мой.
Почему он такой?
Чувствую его возбуждение. Твердый член упирается мне в живот. Крепкая ладонь рвет отворот пижамной кофты и жестко сжимает грудь. На кафельный пол с гулким стуком опадают пуговицы.
— Я не буду… Не хочу… Не сейчас… Прекрати… — выталкиваю, как только появляется возможность.
Без шуток, натурально рвусь из его рук. Только ведь шансы на побег, если сам не отпустит, мизерные.
— Потрогай меня…
— Нет!
Находит мою ладонь и внаглую тянет к члену. Обхватываю его, потому как не желаю поцарапать и причинить физическую боль.
— Расскажи мне… — меняя тон, буквально умоляю.
— Что? — толкается мне в ладонь.
— Все расскажи. Пожалуйста…
— Зачем тебе? — с тем же упорством спрашивает.
— Не нужно тебе это.
— Нужно… Очень…
— Мне тоже нужно. Дашь или не дашь?
Горячее дыхание вновь касается моего рта. Андрей влажно и нетерпеливо прихватывает мои губы своими.
— Если дам, расскажешь?
— Это твоя цена? — как обычно, прямо задает вопрос.
— Умышленно меня обижаешь?
— Нет. Не обижаю. Хочу тебя.
Зажмуриваюсь ненадолго, а потом киваю. Тиски рук ослабляются, позволяя мне прокрутиться обратно лицом к стене. Упираясь лбом в кафель, сама спускаю шорты, они мокрой массой шмякаются на поддон.
Андрей тем временем, лишая меня последней защиты, тянет с плеч кофту. Шагает ближе и приглушенно командует:
— Обопрись на стену.
Все случается очень быстро. Он входит длинным мощным толчком. На пару секунд застывает без движения. Чувствую только тяжелое и громкое дыхание на затылке. Сама часто и надсадно дышу. Подстраиваюсь, насколько возможно, расслабляю мышцы. Конечно же, принимаю его. Как иначе? Рейнер обхватывает меня обеими руками.
Слишком крепко сжимает, но мне и это нравится. Он толкается раз, другой, третий… и кончает. Прикусывая в районе затылка, хрипло и протяжно выдыхает свое освобождение.
Объятия длятся дольше, чем секс. Я не вырываюсь. Самой этот контакт необходим. С ним внутри и снаружи. Впервые Андрей не довел меня до оргазма, но это сейчас и не нужно. Я не могу насытиться его близостью.
Несмотря на теплый душ, начинаю трястись. Это нервное напряжение покидает тело.
