Хотя, будь у меня дочь, вознес бы ее на отечества алтарь непременно!
— Да ну тебя, сладкоречивого пустобреха! Легко обещать то, чего у тебя нет и никогда в помине не будет вследствие одной щекотливой болезни! Да-да, я знаю все твои тайные страстишки! — прищурившись, он ткнул указательным пальцем в широкую грудь стража. — И что ты там несешь про алтарь отечества?
Господин достал из кармана тончайшую пленку, стащил с головы пышный парик и водрузил пленку на розовую, блестящую от пота лысину.
— Уф. Как хорошо-то. Прохладно. Сразу полегчало, а то от жары хоть на гору ползи! Так о чем это я? Нет никакого алтаря отечества. Есть удобные магические артефакты, скрасившие жизнь левийцев. Такими легко править. Пригрози им лишением комфорта — и они пойдут на все, чтобы его сохранить, даже ценой войны. Но, скажите на милость, как нам воевать без магии? Впечатлил тебя тот фрийский кузнец? — внезапно лорд опять обратился к стражу.
— Силен? Не будь у вас магии, могли бы одолеть его в бою?
— Особенного ничего нет в нем, мой лорд. Воин, как воин. Взял да утоп.
— Врешь, идиот. Он предпочел умереть, чем сдаться в плен живьем. От наших левийских дурней такого мужества не дождешься!
— Это оттого, мой лорд, что знал наперед тот фриец, что ждет его в наших застенках.
— То есть он еще и не дурак… Эх, кабы ты не спугнул Лию Клерр, сама Всадница работала бы на нас! Такую деву жалко было бы тратить на добычу энергиуса, как изначально планировалось… И зачем только ты поехал в Храм в тот день!
— Я служителя допросил, мой лорд.
По имени Сандер Сток, служившего с Лией Клерр в последней связке. Он артачился, поначалу молчал, как змеерыба, но на четвертом допросе развязали ему язык мои методы. Сказал он, что потеряла память Лия Клерр.
Все твердил про дурман-траву, которую видеть-не видел. Как раз в том самом месте и в момент разлома Лия Клерр потеряла память. Именно тогда стало ясно мне: она иномирянка, мой лорд!
— Теперь это каждому из нас понятно, дурачина Крез! Главную часть пророчества — о том, что только иномирянин сможет оседлать дракона и встать во главе нашего мира, до сих пор мы успешно скрывали.
