— Если слова твоей провидицы не сбудутся, арестую ее, как предательницу, обманувшую левийское правительство, а потом скормлю источнику. Хотя… Там будет видно.
Глава 19
Конечно, от услышанного аппетита больше нет. Ни грамма. Хочется лишь забиться в уголок, твердый, надежный, незыблемый, который не поменяет свою ипостась ни через минуту, ни через час. Сидеть там, затаившись в норке, переваривая увиденное и пытаясь не сойти с ума.
Ни за что бы не подумала, что мой Карлуша — дракон-телепат, альфа и оборотень в одном лице! Внезапно в памяти всплывает типичная картинка из прошлой жизни, от которой мне и вовсе дурнеет.
Вспоминаю, как подхожу к зеркалу после душа, сбрасываю мокрое полотенце на пол и кручусь, придирчиво разглядывая свое фигурное отражение. На высокое зеркало усаживается ворон и, не мигая, пялится на меня.
Получается, он меня голой видел? Я ведь его не стеснялась ни капли, переодевалась при нем, в нижнем белье по квартире рассекала… А он на поверку оказался мужиком с рекламного щита для качков и байкеров! Стыдоба какая! И этот странный, влюбленный взгляд?! Черт возьми, куда я попала?! Верните мне славного, вредного ворона! На худой конец дракошу верните!
— Вижу, тебе непросто примириться с новой реальностью, — рокочет успокаивающий баритон.
Рука его взмывает к моему плечу, чтобы утешить, но я вздрагиваю, отшатнувшись, и Карниллиус убирает ладонь, лишь чуть-чуть успев обжечь меня жаром своей кожи. — Хочу, чтоб ты знала: ты здесь в безопасности. Любой из нас защитит тебя даже ценой своей шкуры.
Под моим мрачным взглядом он замолкает. Мне не нужна защита, и уж тем более ценой чьей-то шкуры!
— Спасибо, что помогла вернуть наши яйца, — заявляет вдруг мелодичный голос за моей спиной.
Резко повернувшись, вижу женщину, напоминающую Джессику Бил. С той лишь разницей, что у актрисы обычно взгляд побитого котенка, а у этой ладно скроенной красавицы глаза лучатся жизнеутверждающей, спокойной силой. Попробуй такую обидь — сразу просечешь закон бумеранга! Женщина указывает на окружающие камни.
— Эти стены уже давно соскучились по детским рыкам маленьких драконят!
— Лия не в курсе происходящего. Проясни ей ситуацию, Валерия, — приказывает Карниллиус говорившей и тут же ласково обращается ко мне, — Лучше присядь, свет моих очей.
Криво улыбнувшись на такое к себе обращение, все-таки следую его совету. Сажусь на каменный пенек, локтями опираясь на примитивный стол. Переплетаю дрожащие пальцы, а потом прячу их под стол.
