Руку на грудь положил, не дышит. Такая злость Илью взяла! Ну, сейчас он поджарит танкистов во втором танке! Побежал ко второму танку, а справа на дороге огни фар показались – мотоцикл, за ним колёсная бронемашина. Не успел Илья, немцы помощь прислали. Надо самому убираться. Кинулся назад, схватил убитого Петра за руки, поволок в лес, благо недалеко. За деревья только успел, как фары дорогу осветили. Потом броневик и мотоцикл в сторону танков свернули. Илья документы Петра к себе в нагрудный карман переложил. Надо бойца похоронить, негоже его так бросать.
На полсотни метров в глубь леса тело перенёс, потом яму рыть стал. На полметра углубился, как немцы лес обстреливать стали. Из двух пулемётов – мотоцикла и бронемашины – по лесу неприцельно. Пули по веткам били, по стволам деревьев. Илья распластался – не хватало под дурную пулю попасть. Каждый пулемётчик не меньше ленты выпустил. Когда обстрел прекратился, Илья тело Петра в яму опустил, землёй засыпал. Надо место запомнить, потом в штаб полка доложить.
Илья полагал, что какие-то подразделения полка, пусть и не в полном составе, вышли из-под немецкого удара, уцелели, надо только их найти.
Не знал он, да и откуда солдату знать, что наши 16-я и 20-я армии под общим руководством К.К. Рокоссовского прорвали кольцо окружения под Смоленском. Но уже через четыре дня войска вермахта смогли подтянуть резервы и ликвидировать группировку советских войск в районе Смоленска.
По данным Гальдера, с 22 июня по 31 июля 1941 года потери немецких войск составили 205175 рядовых и унтер офицеров и 8126 офицеров, а среднесуточные потери возросли до 5628 человек.
Столько немцы не теряли при захвате целых европейских стран. Немцы были сильны, наступали, но темпы наступления падали.
Оставшись один, Илья сориентировался по звёздам, пошёл на восток. Сложные чувства обуревали. Петра искренне было жаль, а ещё чувство удовлетворения было. Сутки не зря прошли, уничтожили ещё один немецкий танк, а еще убили, не полностью, правда, два экипажа. Урон врагу нанесли, какой каждый боец должен сделать.
Уж коли выпала тяжёлая судьба стране, каждый воин должен испить свою чашу до дна, горькую чашу.
Хотелось есть, да и устал, столько событий за сутки произошло. В глухом месте, уже на исходе ночи, спать устроился. Уснул сразу, без сновидений. Проснулся, когда рассвело. В ручье неподалёку вымыл руки, сполоснул лицо, напился. Ручей, вода проточная быть должна, а вода болотной тиной отдавала. На востоке громыхать начало, пушки били.
