Вы обе- это он нам, — просто спать. Немедленно. Надоели.
И мы потихоньку расползлись в разные стороны. Как-то ослушаться демона и мысли не возникло.
— Странно, — задумчиво сказал Шайдер, снимая седло со своего жеребца, — почему Кайрос такой спокойный? Он же Темных на дух не переносит…
— Такую неприязнь к Темным лично тренировал? — осведомился Арххаррион.
— А как же! Старался… а тут стоит рядом с Повелителем Тьмы, и даже не дергается… Хм…"
"У меня были предположения по этому поводу, но демон сказал спать, значит, и пойду — спать.
Пусть сами думают, раз такие умные!
* * *Утром, едва заалела на горизонте тонкая полоска зари, нас разбудил Арххаррион. Неужели он, правда, совершенно не спит?
Наскоро умывшись холодной водой из родника и перекусив, мы снова уселись на лошадей и отправились в путь. Только теперь лорд Даррелл восседал на Кайросе, а Данила на пегой лошадке лорда.
Через пару часов, когда солнце уже взошло, и вовсю грело нам спины, а сторожевая башня скрылась из вида, мы добрались до края Черты.
Граница с Черными Землями ощущалась всем нутром.
Воздух здесь был плотнее и суше, висел сухим маревом. Полностью исчезла растительность. Серый пепел, устилающий землю, уже лежал не рваными клочьями, а ровным бескрайним покрывалом.
Данила, который был таким же неумелым всадником, как и я, и держаться старался со мной рядом.
— А зачем нам туда? — с испугом спросил он.
Я тихо ввела его в курс дела, рассказала про Ксеню. Некоторое время парень молчал, обдумывая услышанное. Потом, к моему изумлению, обрадовался.
— Так Ксенька такая вредная, потому что в ней Тьма поселилась?
Святые старцы! Вот логика-то…
— Нет, Данила, уж прости, — хмыкнула я, — Боюсь, Ксеня такая вредная, потому что… вредная!
Парень смутился.
— Ну, то есть, я думал… Я хотел сказать… Эх!
Мы помолчали, думая каждый о своем.
— Ох, ты ж!!! Ноо… пошел, глупый! — вдруг заорал Данилой, потому что его конь мотнул головой и встал, отказываясь двигаться дальше. Моя каурая кобылка тоже взбрыкнула и остановилась. И у Ксени тоже.
Только умный Кайрос все так же шел вперед, да жеребец Арххарриона переступал ногами. Но последний, скорее от страха перед своим седоком.
— Не идет! — выкрикнул Данила. Я кивнула. Ксеня, ускакавшая вперед, повернула кобылку и подъехала к нам. Вот в обратную сторону, лошадь пошла без проблем и даже с радостью.
— Лошади Черту чувствуют, боятся, — сказал Шайдер, подъезжая к нам. Кайрос под ним тоже беспокоился, прял ушами и раздраженно хлестал хвостом по сильным бокам.
