Это, вероятно, означало, что он замышляет что-то, что ей не понравится.
— Ты сможешь заснуть? — спросила Эделайн, проводя пальцем по беспокойной складке между бровями Софи. — Элвин сказал, что ты не принимала успокоительных, но он дал мне на всякий случай.
Она поставила два ярко-розовых флакона на столик рядом с кроватью Софи.
— Силвени избавляет меня от кошмаров, — пообещала Софи.
— Я слышала, — сказала Эделайн. — Как у нее дела?
— Кажется, она в порядке. Хотя, думаю, беременность начинает ее утомлять.
И она все равно не соглашается прийти на обследование.
Эделайн нахмурилась.
— Ну… думаю, нам просто нужно попытаться. И помни, что многие животные в дикой природе имеют детей, не нуждаясь в нашей помощи.
Это было бы намного утешительнее, если бы Силвени не была единственной самкой, оставшейся в живых.
Что, если вид почти исчез из-за осложнений во время родов или чего-то в этом роде?
— Должно же быть что-то, чем мы можем ее подкупить, — решила Софи. — Какое-нибудь лакомство, перед которым она не сможет устоять.
— Я поговорю с гномами, — сказал Грэйди, — может, у них есть какие-нибудь идеи.
— Хорошая мысль, — сказала Софи. — Спасибо.
— Конечно, — сказал он, подходя как раз вовремя, чтобы уловить запах ядовитой отрыжки, которую выпустил Игги. Он закашлялся от зловония и добавил: — Твоя мама и я здесь для того, что тебе нужно… и не только для Силвени.
— Мы знаем, что тебе нужно ко многому привыкнуть прямо сейчас, между твоим выздоровлением и тренировками, — вмешалась Эделайн.
— И мы знаем, что тебе будет нелегко, если столько людей будут следить за тобой, следить за каждой мелочью, которую ты делаешь… и не по обычным причинам, кто-то твоего возраста не был бы рад такому, — сказал ей Грэйди. — Мы понимаем, что ты имеешь дело не с обычными подростковыми секретами. Ты сталкиваешься с некоторыми довольно взрослыми проблемами, малышка, и у тебя есть некоторые довольно серьезные обязанности, и мы понимаем, что иногда это означает, что ты не можешь быть настолько открытой о том, что у тебя происходит, как мы могли бы хотеть.
То, как он подчеркивал некоторые слова, заставило ее задуматься, не был ли это его тонкий способ дать ей понять, что его не обманули объяснения Тарины по поводу их тролльского разговора.
Но если и так, он не сказал.
— Понимаю, как сложно быть Мунларком, иметь дело с секретами, когда за тобой следят телохранители, а родители задают слишком много вопросов.
