— О… это было здорово! — сказала Ро, поднимая руку, чтобы дать пять.
— Да, — вынуждена была признать Софи.
— Так… означает ли это, что операция: вторжение в частную жизнь в самом разгаре? — спросил Киф, когда разговор затих.
— Я не знаю… ты все еще считаешь, что мы с Фитцем сможем выяснить, как вызвать воспоминания.
— Да. Но, я имею в виду… это вы, ребята. Я знаю, что много шучу над Фитцфи… но это не значит, что я не понимаю шумихи. Я был там, когда вы проскользнули мимо блокировки Форкла. Блин, я видел, как вы, ребята, проскользнули в голову Димитара и узнали все эти вещи о лекарстве от чумы.
— Я все еще не могу поверить, что ты смогла проникнуть в разум моего отца, — пробормотала Ро. — Или что он оставил тебя в живых.
— Он не оставил нас в живых, — возразил Фитц. — Мы…
Он остановился, будто понял, что, вероятно, не лучшая идея напоминать Ро об их драматичном побеге, учитывая смерть и разрушения, которые они оставили после себя. В тот день в игру вступили более крупные и темные силы, и Ро, казалось, это понимала.
Но все же это был вопрос, который требовал деликатного подхода.
— Я оставлю это, — сказала ему Ро, — если ты расскажешь мне, как это было в голове моего отца.
Фитц облегченно выдохнул:
— Пушисто.
— Все равно что тонуть в гигантском зефире, покрытом перьями, — согласилась Софи.
Ро подавилась смехом.
— Ладно, мне нужно придумать, как его шантажировать.
— Может быть, ты сумеешь заставить его сменить Бо? — предложила Софи.
— Ну да, этого никогда не случится.
Как только у отца появляется идея, он не может ее отпустить.
— Что за идея? — спросил Киф. — Что-то вроде поцелуев, свадеб, маленьких принца и принцессы БоРо?
— Чувак, она всерьез собирается заколоть тебя, — предупредил Фитц.
— Нет, думаю прорыть туннель глубоко под землей и оставить его в маленькой темной дыре на несколько дней, — поправила Ро. — Только он и некоторые из моих любимых бактерий.
— Звучит как идеальное место, чтобы добавить больше стихов к Балладе Бо и Ро, — заметил Киф.
"
"— Он действительно не знает, когда остановиться, не так ли? — спросила Ро у Софи.
— Я почти уверен, что это болезнь, — сказал Фитц.
— Механизм преодоления, — возразил Киф. — О чем ты бы уже знала, если бы согласилась на операцию «Вторжение в Частную Жизнь».
— Я уже сказал, что согласен, — напомнил ему Фитц.
Все взгляды обратились на Софи, и она могла придумать сотню способов, как все могло пойти очень, очень плохо.
