— Ты понимаешь, что если мы сделаем это, нам придется копаться во всех твоих воспоминаниях, верно? Помнишь, что случилось, когда я пыталась помочь тебе в Аллюветерре?
Кифа перестал вышагивать.
— Что случилось? — спросил Фитц.
Софи пожала плечами, предоставив Кифу решать, отвечать или нет.
Он долго смотрел ей в глаза, потом повернулся к Фитцу.
— Она увидела кучу вещей из моего прошлого, которые я не планировал показывать ей, например, когда мои родители оставили меня в Атлантиде на весь день, потому что забыли обо мне.
И в тот день, когда отец уничтожил один из моих альбомов, чтобы наказать меня за рисование во время уроков. И в ту ночь, когда я мочился в постель, когда был слишком взрослым, чтобы делать что-то подобное. Что? — спросил он Софи. — Ты думала, я ему не скажу?
— Я не была уверена, — призналась она.
Он оглянулся на Фитца, который, казалось, больше не знал, куда смотреть.
— Ты увидишь кое-что темное в моем прошлом, — предупредил его Киф. — Как и вы оба. Но… это не должно быть проблемой… до тех пор, пока вы, ребята, соглашаетесь на одну вещь: не жалеть меня.
— Не буду, — пообещал Фитц.
— И я, — добавила Софи.
Киф кивнул.
— Значит, я прошел твой маленький тест?
— Это был не тест. Я просто хотела убедиться, что ты действительно думаешь о том, что будет, если мы сделаем это.
— Да, знаю, это будет тяжело. Но… я справлюсь.
Она всматривалась в его лицо, ища следы испуганного, сломленного мальчика, спрятанного под ним. Но все, что обнаружила, стальную решимость.
— Я справлюсь, — пообещал он.
Софи взглянула на Фитца.
— А как насчет тебя? Уверена, что некоторые вещи, которые мы найдем, разозлят нас.
Или Киф станет защищаться и зайдет слишком далеко в своих поддразниваниях… но если он заговорит об этом, то только увеличит вероятность того, что это произойдет.
— Если я пережил эту забавную беседу с родителями, — сказал ей Фитц, — я уверен, что смогу пережить и это. А как насчет тебя… тебе будут сниться кошмары, или об этом позаботится Силвени?
— О, Блестящая Задница снова помогает тебе заснуть, Фостер? — вмешался Киф.
— Мы проверили это вчера вечером, — подтвердила Софи. — И было намного лучше, чем успокоительные.
— Так вот почему Фитцстер играл жуткого преследователя снов. Думаю, это справедливо. Как она? Все еще говорит всем, что я ее любимец?
— Все еще странно упряма, — поправила Софи. — Боюсь, она что-то скрывает. Но, надеюсь, что смогу измотать ее.
Киф рассмеялся.
— Похоже на то, что я всегда говорю о тебе.
