— Почему ты никому не позволяешь там искать?
— Потому что я — Эмиссар Совета, и девяносто процентов моих записей засекречены. Я не могу позволить твоей сестре и ее друзьям копаться в них, потому что ты пытаешься наказать меня!
— Если бы мы хотели наказать тебя, мы бы разгромили дом, — возразил Фитц, глубоко вздохнув. — Мы хотим проверить твой офис, потому что пытаемся остановить любой из планов Невидимок.
— Уверяю тебя, сынок, если бы ответы были там, я бы их нашел. Я обыскал свой кабинет.
— После трибунала? — проверил Фитц
— Да.
Вообще-то, дважды. Там нет ничего, кроме книг, бумаг и каких-то существ, плавающих за стеклом. Но даже если и было что-то более интересное, мой кабинет тоже заперт… очень тщательно. Никто не имеет доступа, кроме меня.
— Альвар даже не сможет попасть в главный дом, — тихо добавила Делла.
— До тех пор, пока ты не пригласишь его на Большой Приветственный Ужин, — проворчал Фитц.
— Я не планирую ужин, Фитц.
— Планируешь.
— Пожалуйста, не делай этого, — взмолилась Делла.
— Давай не будем тратить время на споры. Тем более, что это подвергает тебя риску. — Она положила руку на его перевязанную грудь, словно пытаясь почувствовать эхо. — Мы так волновались.
— Да, конечно. Софи сказала мне, сколько времени ты провела здесь, ожидая, когда я проснусь.
Софи променяла бы все свои способности на то, чтобы исчезнуть прямо сейчас… или на красивый высокий утес, чтобы спрыгнуть и телепортироваться.
Вместо этого ей пришлось довольствоваться тем, что она забралась еще глубже под одеяло.
— Это несправедливо, — сказала Делла. — Они не хотели, чтобы мы привлекали внимание к Лечебному Центру.
Фитц закатил глаза.
— Да, ты же не можешь стать невидимой!
— Осторожно, — предупредил Элвин.
— Я в порядке, — пообещал Фитц, положив руку на грудь и сделав еще один глубокий вдох.
— Тебе дали успокоительное, — напомнил ему Олден.
— И вы были заняты подготовкой для убийцы, — процедил сквозь зубы Фитц. — А знаешь, что мне больше всего нравится? Спорим, никто из вас не думал о том, что если Невидимки не бросили бы его, Альвар был бы рядом с ними, когда они напали на меня и Софи.
Не было никакого способа узнать, правда ли это.
Но и отрицать это тоже было нельзя.
И молчание говорило более чем достаточно.
— Я устал, — сказал Фитц. — И мне нельзя выходить из себя. Так что… Думаю, вам лучше уйти.
Родители не спорили.
Олден просто похлопал его по плечу, а Делла снова обняла, прошептав что-то на ухо и поцеловав в щеку.
