Ох, чую дурная это затея… Прямо-таки чертовски хреновая!
Попал ты, волчара, попал в капкан, выставленный невинной Красной шапочкой. При этом я даже не понимаю, на что она меня так зацепила, как карпа за жабры. Она же даже не в моем вкусе, вообще прям! Я люблю длинноногих моделек, опытных баб. А это… какая-то ошибка. Сбой в моей системе.
Фигуристая — не спорю. Но видал я и посерьёзней формы на своём веку. Пластика-фантастика в основном, конечно, но с каких это пор мой радар начал на натур продукт срываться?
Тогда что? Что в ней такого, что я напрягся так?
Ну не на влюблённые же детские глаза повелся? Не.
Этого геморра мне и даром не надо.
Уже подхожу к ее квартире, и прислушиваюсь к ощущениям. Вот именно это чувство, такое приятно щекочущее в груди, покоя не даёт. Чувство, что за этой дверью меня очень ждут. Да не просто ждут, а очень даже рады каждому моему визиту. Странное ощущение.
Вот Вера Петровна вечно ворчит, что заждалась. А брат, тот вообще, как ребёнок рыдал, когда я присел на год.
Тоже ждёт, засранец. Да и разве мало баб, которые меня вечно в каком-нибудь отеле ждут?
Но все не то!
Хочу, чтобы эта малышка меня каждый день дома встречала. Так ждать как она никто не умеет…
Да только, не могу я себе такой роскоши позволить. Снова. Не заслужила она такой судьбы, как у моей бывшей…
Вставляю в замок ключ, который Олеся мне собственными руками вручила, и бесшумно прохожу в квартиру.
Тихо.
Может уже спит?
Или все же в обмороке, как ба предрекала. Резко заглядываю в комнату и обнаруживаю, как моя «ошибка» стягивает с головы футболку. Вот дьявол ее раздери!
Спинка худенькая, даже рёбра видны. Узкая талия возбуждающей волной переходит в аппетитную задницу.
— О-Леся, — цежу сквозь зубы, выходит как-то хрипло и прерывисто.
От неожиданности сначала оборачивается, и только потом прикрывает обнаженную грудь оставшейся в руках футболкой. Однако я успеваю заценить мелкие розовые бусины на внушительных для столь миниатюрного тела полушариях.
Хочу пососать ее… Всю…
— Яр-рослав… С-сергеевич… вы как тут?
— Ты же мне сама ключи дала, — язык вязнет от желания попробовать девочку на вкус. — У тебя есть что поесть? — пытаюсь я переключиться, при этом используя не самый подходящий набор слов: — Я очень голоден.
Шумно сглатывает, явно уловив в последнем моем высказывании двойной подтекст.
