Не то что корову… Но это ж еще непонятно когда будет. Так я тогда думала…"
"– Тут я тебя очень хорошо понимаю. Коровьей Смертью становиться… Бр-р! Поэтому ты и сбежала? – Ника так увлеклась, что чуть не пропустила свою остановку. В последний момент выскочили.
– Угу. Только не с первой попытки удалось. Я еще в тринадцать лет слинять пыталась. Думала, родители школьной подружки меня к себе возьмут. Казалось, это так просто: захотели и забрали. Бабка тогда наняла двоедушника, чтобы меня вернуть. Игни. Много денег ему заплатила – на них он потом мотоцикл купил – и два дня жизни сверху пообещала.
Сказала, что даст ему возможность увидеть дневной свет. Это, наверное, еще сильнее подействовало. Так вот, за все это он в момент меня выцепил. Мелкий был, тощий. А скрутил запросто. И обратно к бабке притащил. Ой, что тогда было…
– Наказала?
– Не то слово, – покачала головой Шанна. – Потом много времени прошло, и он снова меня разыскал. Только уже Тоха. Я-то не знала. Обругала его по-всякому. Словами, которых от бабки нахваталась.
А он такой: Игни тебя вернул, он же тебя и вытащит. Я его теперь вот так держу… – Она сжала пальцы в кулак и потрясла им перед лицом. – Оказывается, все это время он учился подчинять себе вторую душу. Наставника какого-то встретил. А потом сам Игни к бабке заявился. Избу подпалил, меня за руку – и аля-улю, бабулечка! Вот такая история…
Ника вынырнула из рассказа Шанны только на пороге собственной квартиры. Отперла дверь, включила свет. Мамы снова не было.
И как-то резко потянуло в сон.
– Мрак, а не история, – пробормотала она, с трудом удерживая глаза открытыми. – Проходи. Только у нас тут не очень…
А сама на ощупь, как зомби, двинулась в свою комнату.
– Да все отлично, – прозвучал голос гостьи откуда-то издалека.
– Все-таки мне нужно увидеть Игни. – И подушка по-особенному мягкая, и одеяло само попалось под руку. – Как думаешь, он придет?
– Ну, конечно.
– Мы снова будем искать Есми… – гнула свое Ника. – И на этот раз обязательно все выясним… Только вот спать жутко хочется.
– Так и спи. Спи, я тут сама разберусь, – шепнула Шанна с такой знакомой ласковой интонацией, что не возникло даже намека на желание возразить. Именно так говорил с Никиной мамой Игни. Перед тем как увести Нику с собой.
Последним, что она услышала, был ее собственный голос:
– А что такое вереды?
Ответа так и не узнала.
Антон
– Рисуешь?…
Не отвечаю. Вожу карандашом по влажной бумаге. Все наши вещи пропитаны сыростью.
