- Увести, - его голос звенел от ярости.
Я закричала, но было поздно. Я заплакала, но было поздно.
И даже просить Давида о помощи – было поздно, ведь он видел мое сумасшествие. Я столкнулась с ним в дверях квартиры. Его взгляд походил на сумасшедший. Как и мой."
"- Пожалуйста, верни мне моего ребенка!
- Аля, наберись терпения… - шепнул Давид.
В его глазах отразилась боль. В эту секунду, даже если он невыносимо хотел мне помочь, он не помог.
В этот день меня сдали властям. Под кучей снотворных усадили в самолет и отправили в Россию, наверное, навсегда разлучив меня с моим сыном.
Глава 32.
Все прошло как в тумане.
Посадка. Возвращение в реальность. Приход в себя с гулко бьющимся сердцем.
В салоне самолета было так душно, все люди говорили о чем-то, а мои губы мелко дрожали. Как и все тело.
И никто не спрашивал, в порядке ли я. И никого не волновало, что я проспала весь полет. Словно на мне стояла метка: ее судьба безразлична.
Моя жизнь превратилась в ад. Но никто ничего не замечал.
Зато в аэропорту меня ждали.
Его люди.
- Аля Алексеевна, пройдемте с нами.
Высокий мужчина в костюме подхватил меня под локоть и буквально потащил по территории аэропорта. Я не имела при себе никаких документов. Я – никто.
Несколько мужчин усадили меня в салон автомобиля. Я не могла говорить, я еще толком не пришла в себя. Под глазами – мешки, а тело тряслось, как у наркомана без дозы.
Я схожу с ума.
За что мне все это? За то, что я однажды отвлекла внимание мужчины? Прошлась перед ним с внешностью его пропавшей жены?
Привлекла его? За что?!
Я думала, меня везут в лес.
Или в психиатрическую больницу, как обещал Руднев. Его обещание я хорошо помню. Но вопреки ожиданиям мы заехали во двор многоэтажного элитного дома.
- Это ваша квартира, Аля Алексеевна.
В огромной, но такой пустой и ненужной квартире незнакомец с равнодушными глазами назвал мне марку и расположение моего автомобиля – где-то на стоянке. Зачем она мне? У меня нет даже прав. Все выглядело так, словно меня купили и теперь рассказывали, чем я могу пользоваться.
Хотя сейчас я была готова сесть в эту машину и на ней же преодолеть весь путь до моего сына. Пусть нелегально. Я готова на все ради него. Самолеты и поезда теперь под запретом, он будет следить за мной.
Во дворе стоял автомобиль, принадлежащий мне, но ключи от бордовой иномарки были у этого мужчины. В квартире, принадлежащей мне, находились люди, которых я не хотела видеть. В то, что все это действительно принадлежало мне, я не верила.
