Моя роль уже ясна. Но ты в опасности, Аля. И одному богу известно, какую участь она приготовила для тебя.
- Я тебе не верю.
Руднев безумен. Такого не может быть. Уж за мои пятнадцать лет отец бы точно рассказал мне о таком, или?..
Хочу отодвинуться, уйти и не быть так близко к нему, но хватка Руднева лишь усиливается, а голос становится жестким, почти металлическим. Как в нашу первую ночь.
- Не верь. Просто умей молчать, когда того требует ситуация. Не всегда я смогу быть рядом – мое время заканчивается, Аля.
Ты ведь помнишь, что мне осталось четыре месяца?
Помню. О таком, как Руднев, забыть уже не получится.
- Этого мало, чтобы я поверила тебе. Скажи, где же моя сестра сейчас? И где моя мама?
Если это правда, то я хочу знать. Это надежда, благодаря которой я смогу бежать. У меня появилась надежда!
Вот только кажется, что Руднев знает все мои планы наперед. Он хочет, чтобы я сломалась. Чтобы я никогда не узнала правду о себе.
- Больше ты ничего не будешь знать. Для тебя так будет лучше, потому что отныне твоя жизнь – это я и наш ребенок.
«…и наш ребенок», - громыхает в голове.
- Ты знаешь, где моя мама? Она жива?! – пытаюсь уцепиться я.
- Знаю. Но ты не получишь желаемую информацию, Аля, - улыбается уголками губ, - отныне ты принадлежишь мне, а не своей семье.
- Ты хочешь привязать меня к себе, да? Чтобы я никуда не делась? Поэтому ты больше ничего мне не скажешь?!
Я распаляюсь, совсем не чувствуя угрозы, исходившей от Руднева. А тем временем его хватка усиливалась.
И боль в моем запястье – тоже."
"- Ложись спать, Аля. Надеюсь, ты освоила урок, и больше никогда не будешь мне лгать.
Руднев отпускает меня. Отпускает, заставляя лечь с ним в одну постель. Вынуждая принимать его объятия, его кокон, из которого впредь будет невозможно сбежать.
- Ты останешься в неведении и никогда не встретишься со своей семьей. Для твоего же блага.
- Так… - губы пересыхают от волнения, - так за что же я расплачиваюсь?!
- За то, что ты встала на моем пути приманкой, отвлекающей приманкой.
За то, что я так пожелал. За то, что ты другая, Али. Моя Али, которая подарит мне ребенка.
Опускаю взгляд, глотая слезы. Он никогда не подарит мне свободу. Даже после своей смерти, которая точно отрежет все пути к моей семье.
Глава 14.
Наступило утро. В комнате я проснулась одна, и это утро я перенесла немного легче, чем вечер, потому что головокружение и тошнота настигали меня почему-то только во второй половине дня.
