- Хватит, Артем. Нам нужно решить, как жить дальше, а не вести эти разговоры. Они не для нас, понимаешь? Мы упустили момент объяснений.
Руднев прищуривается.
- Я не хочу жить, как на минном поле. Не хочу не знать, когда ты взорвешься. Я каждый день жду, что ты вновь вышвырнешь меня из жизни Богдана. Я не смогу забыть. Не хочу вертеться в твоем жестоком мире. Ты взрослый мужчина. Артем… пожалуйста.
Шепот растворяется в холоде его глаз. Я отвожу взгляд к мирно посапывающему Богдану. Спиной чувствую жесткое дерево, к которому меня прижимают его руки.
Он до сих пор решает вопросы силой. Такова природа Руднева.
- Все будет хорошо. Теперь все будет хорошо.
Не верю!
Отталкиваю его от себя, насколько это возможно.
Делаю несколько шагов подальше и осторожно предлагаю:
- Мы будем жить отдельно, но ты сможешь видеться с ним. Ты найдешь себе женщину под стать, а я же… я девчонка, которая не должна была встречать тебя в этой жизни. Наши судьбы не должны были пересечься. Я не хочу, чтобы наш сын рос в нелюбви.
Потому что любовью здесь даже не пахнет…
В его глазах показалось что-то, похожее на отчаяние. Лишь на секунду. Показалось?
- Я понял, что тебе нужно. Свобода? – бросает напряженно.
Я задерживаю дыхание. Я ведь говорила об этом прямо. А он понял только сейчас.
Мужчины…
- Я дам тебе свободу. В извращенной форме, но какая есть. Большего не проси, Аля.
Спросить об извращенной форме свободы я так и не успела, ведь на следующий день наш разговор затуманился совсем другими событиями…
Имя которым – Вика.
Глава 44.
Утром я вышла на кухню, решив приготовить что-нибудь вкусное и заодно заняться чем-нибудь полезным. В последнее время моя жизнь походила на замкнутый круг, и даже приготовление еды, что в принципе входило в обязанности прислуги Руднева, стало неким разнообразием для меня.
Раньше я не готовила для Руднева. Принципиально. Из гордости. Из личных побуждений.
Да, он отец моего ребенка, и он дает нам с сыном крышу над головой и обеспечивает продуктами.
Он - мужчина, без которого жизнь Богдана может рухнуть в одночасье. Я знаю, как тяжело расти в неполноценной семье.
Но готовить для этого мужчины было выше меня.
Готовить – значило отступить. Начать заново, как он говорил.
Большего бреда я не слышала.
Но сегодня я приготовила. В первую очередь для себя и Натальи, но приготовила я много. Кажется, я потратила на это весь день, иногда прерываясь на игры с Богданом.
