Спереди сидят двое охранников, говорят по рации с остальными машинами и делают вид, что ничего не видели.
Игорь сильнее. Есть только одно решение, которое может спасти, а может убить. Но так я остановлю машину.
Мы прилично оторвались от слежки Руднева и быстрее доедем до его дома, где наверняка будет ждать подмога Игоря. Наследник Руднева – важное оружие. Но еще Богдан - мой сын, и эта мысль заставляет меня рисковать.
Игорь теряет ко мне интерес. Я молчу, сжавшись в углу машины, но смотрю в одну точку – на руль.
Сижу справа, это удобно. Глаза видят четче, зрение возвращается, скоро будет поворот. Дорога, размытая дождем, поможет мне. Улицы пусты, стояла глубокая ночь.
Именно в повороте я бросаюсь вперед, откуда-то возымев огромные силы схватиться за руль и вывернуть его в противоположную сторону. А затем еще и еще, пока не получаю удар от водителя в живот. Меня откидывает назад со страшной болью, но машину уже понесло, и виляния не заканчиваются, а только лишь набирают оборот.
Водитель не справляется с управлением.
- Ты что делаешь?! – орет Игорь.
В одной его руке был пистолет, а другой он вцепился в мои волосы, но нас выкинуло так сильно, что в следующую секунду он приложился головой к стеклу и отключился. Я вцепилась в сидения с бешеной силой, участи водителя мне не хотелось – тот вылетел в лобовое, разбив всю голову. Летальный исход.
Звук битого стекла, крики, сигнализация – все смешалось воедино. Дождливая погода сыграла мне на руку, и даже слишком. Я потерялась в пространстве уже при первом перевороте и молилась, чтобы выжить.
Все произошло быстро. Машина еще покачивалась, крыша ее скрипела и звон падающего битого стекла не прекращался. В салоне воцарилась тишина. Я услышала свое бешеное дыхание, расцепила пальцы от подголовника переднего сидения и услышала звук дождя.
Звук дождя – это хорошо. Значит, я жива. Мы перевернулись несколько раз.
Рядом кто-то захрипел. Это Игорь, он жив. Сердце забилось чаще, нужно выбираться отсюда, но двери заперты, а весь мир перевернулся с ног на голову.
В кромешной тьме я ощущала на себе только кровь, но не чувствовала боли. Состояние аффекта?
Зато я видела выбитое окно. И полезла туда – на свет уличных фонарей. Я чувствовала себя сломанной, выбираясь из перевернутой машины. Будто меня переехали несколько раз.
Дорога была мокрой и грязной, но свежий воздух облегчил дыхание. В машине пахло смертью. Я на свободе.
Передвигаться было больно, но оставаться на дороге не хотелось.
