— Да ну, брось. Ему всего-то годков…
— Не в годах дело. Он древний Талант принял, так что мудростью со стариками меряться может. Давай за него и выпьем!
Они звонко чокнулись рюмками. Киж выпил до дна и тут же налил себе ещё.
— Вот я и говорю, у молодёжи никакого понятия о романтизьме. Я этой Диеге говорю: ты, мол…
Дальше я слушать не стал и тихонько пошёл обратно к бутерброду. Так вот для чего Киж обхаживал Настасью Филипповну — чтобы добраться до заветного бочонка с рябиновкой. Ох и жук поручик! С другой стороны, мёртвому Кижу надо было чем-то развлекаться, пока я не нашёл ему применение.
Ничего, ещё месяц-другой, и у него не будет времени на подобный досуг.
Глава 24 — Гусь
Утром выспавшийся Бобров явился ко мне в кабинет. Плюхнулся в кресло, зажмурился от солнца, бьющего в окно, и стал похож на здоровенного ленивого кота. Тотчас к нему на колени запрыгнул Мурзилка, лёг на спину и подставил пузо — Бобров у подобрыша числился как полезный человек для чесания.
— Рассказывай, что там с “гусями”.
— С какими гусями? — Бобров удивлённо вскинул брови.
— А, ты про Гусь-Мальцевский! Этот “гусь” нынче приболел. Владелец завода Аким Мальцов взят под стражу — обвиняется в тайном раскольничестве.
— В чём?
— Ну, что старообрядец.
Я поморщился — в церковные дела лезть крайне не хотелось.
— Управляющий завода, его двоюродный брат Фома, — продолжил Бобров, — по слухам, лежит при смерти.
— Что с ним?
— На завод приезжали опричники Еропкиных. Слышал про таких?
— Нет.
— Род не слишком влиятельный, но многочисленный.
Большинство — честные помещики, владеют землёй на Рязанщине и в Твери. А Владимирская ветвь…
— Дай угадаю. Разбойники?
Бобров кивнул.
— Вроде того. Приходят к купцам, попавшим в сложное положение, и предлагают взять в долю за помощь. Но чаще всего они сами эти неприятности и создают.
Ага, рейдеры и рэкетиры, значит.
— Власти беспредел не замечают?
— Они делятся с кем надо, — Бобров развёл руками, — обычное дело. Говорят, следствие против Акима с их подачи началось.
А Фома намёка не понял, послал их подальше, за что и пострадал.
— Завод встал?
— Не угадал. Там сейчас заправляет жена Акима, баба молодая, но бойкая. Приехала с маленькой дочкой, навела порядок, командует всем. Говорят, железной рукой завод держит. Только всё равно Еропкины её сломают.
— Уверен?
— Как пить дать. Я немного пообщался с их опричниками, — Бобров ухмыльнулся, — поставил им выпивку, послушал, что говорят.
— И?
— Послезавтра собираются на завод.
