Пока мы летели, Барретт не переставал говорил по телефону, иногда переключаясь на тайский, а у меня была возможность еще раз прокрутить в голове всю ту информацию, которую я получила от Алека.
Наконец самолет пошел на посадку, но, как оказалось, это был не последний сюрприз на сегодня — сойдя с трапа, я искала глазами джип, который нас доставит к причалу, но невдалеке вместо автомобиля нас ждал огромный черный вертолет обтекаемой формы, похожий на хищного кондора. Чувствуя тяжелую ладонь на своей пояснице, я быстро перебирала каблуками, стараясь не сбиваться с темпа Барретта, и хвала небесам, винт вертолета был неподвижен, иначе моей прическе, на которую Алек потратил больше часа, пришел бы конец.
"
"Мы рассекали ночное пространство неба, которое сливалось на горизонте с темной водой и, если бы не шум двигателя, ощутимый даже через звукопоглощающие наушники, могло показаться, что мы дрейфуем в воздушной невесомости между небом и землей. Позади виднелся край неровного берега, усыпанный ночными огнями, отражавшимися на глянцевой поверхности моря, а впереди была неизвестность — пугающая и волнующая.
От волнения мои ладони опять заледенели, а сердце забилось с такой силой, что, казалось, его можно было услышать даже в этом вертолетном рёве. Сделав глубокий вдох, я приказала себе успокоиться, и чтобы отвлечься, продолжила внимательно рассматривать синюю бесконечность через окно. Внезапно вдалеке я увидела яркие огни, похожие на космическое лазерное шоу, а уже через минуту я наблюдала, как мы подлетаем к шикарному черному лайнеру больше трехсот футов в длину.
Судно было настолько огромное, что скорее напоминало косатку, которая решила немного отдохнуть на волнах, вынырнув из своих глубинных владений. От Косатки в разные стороны расходились яркие неоновые лучи такой мощности, что с неба можно было увидеть, как они пронзают толщу океана на многие километры, освещая тайны морские. Это было воистину фантастическое зрелище. Теперь я понимала, почему Алек усмехнулся, когда я заговорила о яхте на Пхукете.
По сравнению с этим огромный лайнером та маленькая яхточка скорее напоминала катерок.
— Это не яхта, а произведение искусства! — обернувшись к Ричарду, выпалила я в микрофон наушников.
Барретт на это ничего не ответил, но я почувствовала как в его стальных глазах блеснула эмоция профессионала.
— У нее есть название? — склонив голову на бок, любовалась я Красавицей-Косаткой.
— ""Violator"", — коротко ответил Барретт, и я повернула голову в его сторону.
