Вместе с ним тело, казалось, покинули последние силы. Весь день я не думала ни о какой усталости. После заселения не дала себе ни минуты покоя. А сейчас глаза слипались. Мысли вязли, превращаясь в густое желе. И сама я буквально валилась с ног.
Чтобы не уснуть прямо в ванной комнате, нужно было спешить. Однако стоило зевнуть… не глядя, свернуть в сторону душа – и произошло неожиданное.
Вместо дверцы кабинки я всем телом впечаталась во что-то упругое. И от испуга чуть не упала на кафельный пол.
– Держу!
Нога уже скользила в сторону, но сильные руки обхватили меня за талию и рывком вжали в мощный корпус.
Не чужой! Знакомый! Только без привычной рубашки и того, что положено надевать снизу.
– Спа-сибо… – С голосом творилось что-то странное. Никогда в жизни я не заикалась, а тут начала.
– Ты в порядке? – Арбенин убрал руки. Отодвигаться при этом не стал.
Так и стоял. Стеной! Высокий. Выше меня на две головы. Мускулистый, будто он не программист, а спортсмен.
Без единого волоска на широкой груди. Красивый, как с обложки.
– Я… Я вас не услы-шала. Поду-мала, что свет… сам включился.
Наверное, нужно было уступить или пропустить, но мысль, что тогда я предстану перед Константином Сергеевичем голой, держала на месте лучше любой веревки.
– Я уже собирался выходить. – Голос босса тоже охрип.
– Я думала, вы спите…
Сердце разогналось так быстро, что, казалось, сейчас вырвется из груди. А кожа загорелась.
В ванной было прохладно, однако во мне словно какая-то печка заработала.
Из-за нее с каждой секундой становилось все жарче и жарче.
– А я был уверен, что тебя сморила история Винни Пуха. Планировал выносить из детской.
Длинные узловатые пальцы неожиданно коснулись моей щеки. Осторожно, будто их владелец проверял, реальная я или привидение. И плавно стекли на подбородок."
"– Я ждала, когда дети крепко уснут. Из-за перелета график совсем сбился. – Врать было нехорошо. А еще хуже было представлять, как эти сильные руки подхватывают меня и бережно несут в спальню.
Картинка получалась из разряда запрещенных. Чтобы избавиться от нее, мне пришлось дважды повторить мантры про «двоих детей» и про «не женился после развода». Но, словно издеваясь, Арбенин медленно провел пальцами вниз, вдоль вены на шее, и извилины в моей голове распрямились от необычных ощущений.
– Понятно, – слетело с его губ совсем тихо.
– Простите… – Меня тряхнуло.
