– Бабка повернулась к острову и уставилась куда-то вверх, в сторону самых дорогих вилл. – Поэтому играем драму! И пусть старый хрыч только попробует не прослезиться над фотографиями нашего почившего в Бозе Мурзика.
* * *Варя
Я все же переоценила свои возможности.
Изображать незаметную тень в огромном доме Арбенина было одно. А оказаться рядом со своим мрачным боссом в небольшом номере отеля – совсем другое.
Ночь я ждала как наказания. Не смогли отвлечь ни дети, ни феерическое появление Аделаиды Генриховны. Словно последняя дура, я слушала ее разговор с охранником, пыталась изображать внимание и сочувствие к участи несчастного кота.
А сама думала лишь о том, как выжить дальше.
Задача была с подвохом. С одной стороны, я понимала, что девушке вроде меня рядом с Арбениным ничего не грозит. Ну не станет мужчина с его опытом и запросами интересоваться неопытной серой мышкой! Не после таких красивых женщин, как моя сестра!
С другой… от близости Арбенина меня буквально коротило. Сердце то ускоряло биение, то замирало, когда он брал под руку.
Ладони начинали зудеть, когда просто находился рядом – сидел за компьютером или смотрел на море.
А стоило хоть на минуту остаться с боссом наедине – в голову без всякого контроля приходили мысли, за которые становилось стыдно. Неприличные для няни. Слишком наивные. О невозможном.
К счастью, противоядие всегда было с собой.
«Может, они еще сойдутся! Все же двое деток!» – как холодный душ, в памяти всплывали слова мамы.
«В своей жизни Костя любил только меня.
Потому и не женился после развода», – так и не забылось признание сестры.
Чтобы хоть иногда возвращать себя на грешную землю, я раз за разом прокручивала в голове все эти фразы. Пользуясь тем, что отец семейства занят делами, разрешила детям лечь спать попозже. Но, когда вдоль линии прибоя зажглись ночные огни, карете все же пришлось превратиться в тыкву.
Осторожно, стараясь никого не разбудить, я выбралась из детской комнаты. Молясь, чтобы Константин Сергеевич уже спал, на цыпочках вошла в спальню.
В кромешной темноте на ощупь нашла пижаму. И смогла прокрасться в ванную комнату.
Никто меня не окликнул. Спину не жгло от чужих взглядов. Все получилось лучше, чем ожидала. Но, как выяснилось, лимит везения на этом закончился.
Привыкшая к тому, что лампочки во всех комнатах загорались автоматически, я не обратила внимания на включенный свет. Вместо того чтобы заглянуть за угол, туда, где находился душ, с облегчением сняла платье. И избавилась от белья.
