Правда, следователь изъял у него перчатки и одежду, в которой он был, чтобы отправить на экспертизу на предмет обнаружения частиц пороха. Если таковые обнаружатся, то будут основания полагать, что он стрелял из огнестрельного оружия, и вполне вероятно, именно в Екатерину Шевченко, вот тогда можно будет идти к судье за постановлением на заключение под стражу, даже если пистолет к тому времени не найдут.
– Но это точно, что Катю убили из нашего пистолета? – спросил Александр. – Я имею в виду, из того пистолета, который украли из дежурки.
– Нет, не точно. Пистолет, находящийся на вооружении у сотрудников частного охранного агентства, отстрелян, его данные находятся в пулегильзотеке. Следователь отправит на экспертизу стреляную гильзу, изъятую с места происшествия, и пулю, которую извлекут при вскрытии из тела убитой, и баллисты дадут точный ответ, тот пистолет или нет, – тщательно и подробно продолжал объяснять Баринов.
Нане даже показалось, что он почему-то очень хочет понравиться директору издательства и произвести на него наилучшее впечатление.
– А пока что мы будем устанавливать, кто из сотрудников вашего издательства имел возможность взять пистолет из комнаты охраны. Это ведь само по себе тоже преступление, и его надо раскрывать независимо от того, что скажут эксперты-баллисты. Если окажется, что Катю Шевченко застрелили из вашего «ижика», то мы будем точно знать, что это сделал кто-то из ваших. А уж если другие эксперты дадут заключение, что на одежде вашего брата имеются частицы пороха и продуктов сгорания, то можно будет практически со стопроцентной уверенностью утверждать, что именно ваш брат это преступление и совершил.
Вот тогда и будет решаться вопрос о его задержании и последующем аресте.
Филановский внимательно выслушал оперативника, некоторое время задумчиво допивал свой кофе, потом осторожно спросил:
– Но ведь Андрей вам сказал, что они с Катей ссорились. И якобы водитель, который их вез из клуба, это подтвердил. Это правда?
Баринов бросил на него взгляд, который Нане показался немного странным.
Было в нем то ли удовлетворение, то ли скрытое злорадство, то ли что-то еще эдакое, чему она и названия-то придумать с ходу не смогла.
– Правда, – спокойно сказал Олег.
– Значит, у Андрея был мотив совершить убийство?
– Был.
– Но это не является поводом для задержания?
– А что мотив, Александр Владимирович? – Баринов улыбнулся открыто, но Нане снова почудилось что-то не то.
