Тот, видимо, был не прочь поболтать, поэтому с комплексами преданности господину особо не заморачивался.
— Раньше берёг, было дело. Охрану шамаханскую полками ставил, со Змеем договаривался, сам каждый день от зеркала волшебного не отлипал. Потом подустал и…
— Привык?
— Да, скучно ему стало, — откровенно зевнул мой пернатый собеседник. — Ну, понаедут туда от валуна-камня один-два богатыря в год, кто посмелее да поглупее будут. Разберётся с ними Кощей, а дальше чем руки занять? Ить злые дела немалого времени требуют, да ещё и самоотдачи полнейшей.
А тут сиди день за днём и в зеркало пялься. И придумал он тогда хитрость иезуитскую…
— Прошу прощения, ты где учился?
— Э-э, во Фрайбурге, в Сорбонне, в Стамбуле тоже, ну и много лет практики с якутами на русском Севере, — чуть смутился ворон. — А что, так заметно, да?
— Хорошее образование не скроешь.
— Кощею не говори, он такого не любит. Я для него тварь перелётная, разговору обученная, от его воли во всём зависящая.
— Не напрягает?
— Нормальная работа, бывает хуже…
Мы помолчали.
Иногда обычный душевный разговор с глазу на глаз, без наездов и угроз, решает очень многое в вопросах профилактики преступлений. Разумеется, ворон не станет нам другом, не бросит прежнего хозяина и не перебежит на работу внештатным сотрудником в отделение, но всё-таки…
— Приехали, — крикнула говорящая птица, топорща перья. — Вот он, камень придорожный, на нём сама судьба три дороги выбила. Куда свернёшь, сыскной воевода?
— Прямо, туда, где нас обещают грохнуть, — уверенно указал я.
Олёна и Василиса обернулись ко мне за объяснением.
— Милая, ну какие ещё варианты? Налево сходили. Не то чтоб коня потеряли, а даже наоборот, нашли! Направо — женатому быть. Я направо, ты мне по шеям, а сдались нам лишние скандалы в доме? Пошли туда, где убивают. Хоть посмотрим, что и как… Кто со мной?
— Вы и мёртвого уговорите, Никита Иванович, — широко улыбнулась толстая бесовка, но моя жена ткнула её локтем в бок. После чего нежно улыбнулась мне, изображая стрельбу по несуществующим врагам из незаряженного пистолета.
Бесовкой она была более собранна, а тут расслабилась, конечно…
Печь легко обогнула валун и, словно бы набравшись новых сил, резво двинулась вперёд. Златогривый конь на этот раз за нами не пошёл. Он увлёкся аппетитной травкой у камня, а ловить его или ждать, пока наестся, времени не было.
Мы махнули рукой: честно говоря, ни мне, ни кому-то из нас эта домашняя скотина не была интересна.
