Чаю-то будешь с пирогами, плюшками да баранками?
— Вы святой, — тихо всхлипнул я, признавая, что моя вынужденная диета доведёт меня же до голодного обморока.
Мороз всё понял правильно, и вскоре я сидел за широким столом, спиной к окну, а передо мной громоздились горы горячих блинов, пышущие жаром оладьи, пироги с капустой и грибами, кулебяки с курицей, ватрушки с творогом, баранки, бублики, сушки, большие печатные пряники, мёд сотовый и всяческое варенье. Жизнь удалась! Ура-а!"
"Пока я не наелся до тишком расстёгнутого ремня на брюках, Мороз Иванович ни о чём не спрашивал, не задавал ни одного вопроса, а только душевно потчевал в лучших традициях русского гостеприимства.
— А вот плюшечек откушай! И пироги удались на славу! А чего ж блинчиками брезгуешь? Ты в сметанку их да лопай! Чайком запивай, чай у меня хороший, из самой Индии шлют, а я в него бергамот с чабрецом добавляю — бодри-и-ит!
Я благодарил молча, кивая с набитым ртом, и чувствовал себя самым счастливым человеком на свете.
Да, кстати, не забыть бы попросить пару пирожков для Митьки. Он как проснётся, ещё более голодным будет, лучше не рисковать и поделиться.
— Чего покрепче чаю в доме не держу, — виновато развёл руками мой гостеприимный хозяин, неправильно истолковав мой отказ от четвёртой кружки чаю. — И рад бы предложить, да нечего. Возраст уже, годы не те, печень беречь надобно, так что извиняй, милиция…
— Спасибо, я и не хотел.
— Хм, а мне говорили, будто в отделении все горькую пьют.
Коли ты каждый день с преступным элементом, не щадя жизни, борешься, дык чем же тогда нервы успокаивать?
— У кота Васьки валерьянку ворую, — зачем-то соврал я, с сожалением (хотя только глаза и несытые) отодвинулся от стола, вытер губы полотенцем и напрямую спросил: — А вы такого Змея Горыныча фон Дракхена знаете?
Мгновенно побагровевший Дед Мороз так грохнул кулаком по столу, что едва не свалил на пол трёхведёрный тульский самовар в гербах и печатях.
— Знаю ли гада энтого перелётного?! Ещё б мне его не знать! Пять лет назад внучку мою Снегурочку по поздней осени едва к себе на Стеклянную гору не уволок. Благо он к зиме силу теряет, дак она от него лаптем отбилась! Нахлестала по щекам, а тут и псы мои верные Буян да Полкан подоспели, задали трёпку охальнику. С тех пор он мой терем за тридевять земель облетает…
— Значит, и у вас с ним личные счёты.
— Есть такое дело.
