Или в том, с покатой крышей, окружённом зелёным забором. Не увидел я признаков жизни лишь в доме номер семнадцать по улице Ленина: в том самом, где летом удерживали в подполье директора швейной фабрики.
* * *Уже минут двадцать мы двигались по дороге в одиночестве: нас не обгоняли машины, никто не ехал нам навстречу. Свет фары Чижика метался перед нами по заснеженной неровной дороге. Ветер по-прежнему стучал по мотошлему льдинками. Мотоцикл рычал двигателем и позвякивал металлическими деталями. Замёрзшими внутри перчаток руками я удерживал трясущийся руль.
Щурил уже подуставшие глаза. Лишь изредка посматривал на притихшую в люльке мотоцикла Котову; бросал быстрые взгляды и по сторонам: проверял, не сбился ли с пути. Колхозные поля зимой совсем не походили на те, что я видел в сентябре. Сейчас, ночью, я с трудом понимал, где у горизонта заканчивались заснеженные равнины, и где начиналось небо.
Я лишь чудом не пропустил поворот к летнему дому, в котором группа «ОиНТ-73» провела первый осенний месяц прошлого года.
По моим подсчётам нам оставалось трястись до него ещё больше десяти минут. Но с подсчётом времени я сплоховал. Чуть повернул голову, взглянул на зависший в небе слегка приплюснутый лунный диск. И увидел под ним на холме барак с шапкой снега на крыше: мрачное, заброшенное до весны строение — именно таким я и представлял летний дом в зимнем антураже. Притормозил двигателем: сбросил обороты, не нажимая на рычаг сцепления (помнил, что задний тормоз допустим зимой лишь «в очень малых дозах»).
Поворот к дому я не заметил. Сообразил, что сейчас колхозники его не использовали.
Чижик медленно катился по дороге, подпрыгивал на кочках, дребезжал. Я не позволял его колёсам нырять в колею. Чётко удерживал мотоцикл между двумя параллельными канавками. При этом посматривал на левую от меня обочину. Взглядом отыскивал тот холм, где в прошлой жизни и в своём сне я видел деревянный крест. Отметил, что Котова не спала. Лена встрепенулась, завертела головой (будто соображала, куда мы приехали).
В её большущих глазах блеснули отражения луны. Я потерял из виду притаившийся между полей летний дом. Но пока чётко понимал, где он находился. Относительно него я и прикидывал расположение придорожного креста. Чётко помнил тот маршрут, который мы с Шировой преодолели, когда несли к кресту венок из трав.
Холм около дороги сейчас выглядел не так, как осенью. Но я не сомневался, что это был тот самый, где в моей прошлой жизни установили крест.
