Ему вспомнилась поговорка: обжегшись на молоке, дуешь на воду. Мирала Норлас сильно подорвала его веру в женский пол. Да и не только она: чистосердечие и искренность встречались в благородных дамах так редко, что любой бы усомнился в том, что найденный в этом болоте бриллиант — действительно бриллиант, а не очередная подделка. Но сколько бы невыясненных вопросов не оставалось, Леон решил, что сегодня он постарается поверить жене. Слепая Ведунья говорила, что в принцессе Соларе его счастье, этой Ведунье верит весь Картум, может, и ему стоит прислушаться.
Решено: он предложит жене еще раз поговорить откровенно и поверит тому, что она скажет. Даже если она снова произнесет что-то невероятное… например, повторит, что любит…
— Ваше высокородие, в роще нет никого. Трогаемся в Ардовку? — ворвался в мысли Леона голос Еремия.
— Да. Дастьена к дядьке Михею в Далекую Горку пошли — может, смогут его собаки след взять.
Дядька Михей занимался дрессурой охотничьих собак.
Эти собаки были научены не только дичь загонять, но и людей искать: например, помогали находить заплутавших в лесу детишек. Когда-то давно заблудившихся в лесу Леона с Тельдом тоже отыскал дядька Михей.
На выезде за ограду отряд Леона пополнился. Отправив часть солдат присматривать за домом, генерал Ардамас продолжил разыскивать бандитов, отложив мечты о скорой встрече с супругой на потом. Обыскав все закутки в селе и никого не обнаружив, Леон решил вернуться домой и дождаться Михея с собаками.
Солдаты усмехнулись понимающе, но согласились, что по горячим следам бандитов уже точно разыскать не удастся, так что лучше дня светлого дождаться и собак-следопытов.
Поднявшись на второй этаж своего притихшего на ночь дома, Леон в нерешительности застыл перед дверью в спальню супруги. Ждет она его или нет? Приветливо встретит, если он войдет к ней, или перепугается до смерти? Леон потоптался и подумал, что сперва следует к себе зайти и умыться.
Войдя в свою спальню, Леон зажег свечи на столе и скинул сюртук, который надевал на ужин с женой, а в итоге скакал на коне несколько часов кряду в этом неудобном наряде. Первое, что бросилось ему в глаза — это то, что дверь на половину жены распахнута настежь. Леона бросило в жар, он преисполнился горячими надеждами. Забыв про ванну и желание умыться, он схватил подсвечник и шагнул через порог в смежную комнату.
