Леон снова сжал кулаки: рано он расслабился после окончания войны, рано! Его личная война еще не закончена! Слишком многие хотят отомстить ему за победу и обращают оружие против самых близких его людей, надеясь достать до него через них… На этой мысли Леон споткнулся и в сотый раз велел себе сосредоточиться на операции по спасению, а не на личных переживаниях.
В кабинет вошли Дастьен и Михей с двумя собаками. Им уже сообщили о происшедшем, и старый охотник спросил угрюмо:
— Откуда леди унесли?
В спальне Леона собаки обнюхали следы на ковре, занавеси на окнах, которых, видимо, касались руки этих бандитов, и припустили вниз по лестнице, в подпол и далее.
Эти собаки были приучены вести поиск молча, не заливаясь лаем, как на охоте. Вслед за дядькой Михеем двинулись десять солдат под предводительством Дригора. Леон остался в доме, чтоб выслушать отчет Еремия об опросе слуг.
Слуги рассказали, что этой весной управляющий был очень нервным и напряженным, что никого не удивляло: такими были все, так как запасы продовольствия истощались, скот был весь порезан и разворован войсками неприятеля, закупать провизию было просто негде: все соседние хозяйства тоже выживали как могли.
Управляющий повадился чуть ли не каждый день в подпол лазить, объясняя, что он там запасы посевных пересчитывает, и возвращался всегда в земле и грязный. Слуги списали такое чудачество на легкое помешательство от задавившей всех безнадежности: пересчитывать в подполе было нечего, каждая картофелинка была на счету, а все мало-мальски съедобное давно перенесено в чулан при кухне.
«Боялся, что я все-таки нагряну внезапно, несмотря на предсказание о вероятной моей гибели, — обхватил голову руками Леон, — путь бегства себе обеспечивал. Хорошо, что я перед войной все деньги и ценности в столичный дом перевез, а то сейчас не на что было бы продукты в Лискоре закупать. Но очень плохо, что я все уголки в родном доме после этого негодяя не проверил! Рано я расслабился, рано! Хитрый лис всегда запасной выход из норы пророет и не один! Но зачем управляющий с бандитами спелся? Денег он своровал достаточно, чтоб сбежать далеко и безбедно жить остаток жизни.
Боялся, что я его разыщу и к ответу призову? Правильно боялся, но жена-то моя тут при чем, Господи?! Невинная душа!»
За окном забрезжил рассвет, сменяя темноту этой бессонной ночи. Люди, собравшиеся в кабинете генерала, ждали вестей от поискового отряда. Шло время.
Послышался топот копыт: к крыльцу приближался один всадник.
