Скандалисты в саду примолкли на некоторое время, а потом появились в гостиной. Щеки Дороти раскраснелись, чепец болтался на шее, а губы горели. Подозреваю, что, пока парочка мирилась, благоуханные розы краснели от их страстных поцелуев.
– Думаю, что теперь нам всем пора собираться домой. – Подхватив полусонную кошку под мышку, я поднялась с дивана и оправила длинное черное платье. – Госпожа Слотер, позволите воспользоваться вашим камином?
– Он плохо вычищен, – растерялась тетка.
– Вы не видали камин у меня в лавке, – успокоила я хозяйку и обратилась к Уильяму, вставшему следом за мной, как и положено воспитанному мужчине: – Прощайте, господин Брент.
Знакомство с вами оказалось… приятным. Жаль, что непродолжительным.
Он сжал мою протянутую руку и произнес мягким голосом:
– Пятьдесят золотых за то, что вы, госпожа Нортон, отправитесь с нами в Кросфильд.
За его спиной подавился Картер. Подозреваю, что от жадности. Видимо, старший брат уже потратил на услуги черной ведьмы не один месяц его содержания.
– Вы всегда покупаете гостей? – подколола я.
– Я нанимаю вас на работу. В особняке истончилась защита от черных ведьм. Предлагаю вам ее подправить. Дело на два часа.
– Дело на два часа, а ехать целый световой день?
– Да.
– Тогда шестьдесят.
– Договорились.
– Ты хочешь, чтобы я от голода умер? – простонал Картер, явно недовольный растратами.
– В этот раз я оплачу лично, – улыбнулся Уильям. Он не выпускал мою руку.
– Главное, вперед, – ласково намекнула я, что пока увидела золотые исключительно на словах, хотя наколдовала им уже целый воз добра.
Час понадобился, чтобы я сотворила новый амулет, еще два часа мы искали по городу нашего исчезнувшего кучера. Лошадь стояла в общественной конюшне, там же скособочилась карета. Возница нашелся в трактире и, получив в лоб магическим уколом, моментально протрезвел.
Глава 10
Дом, милый дом
Проведя целый день в дороге, в Кросфильд мы вернулись поздней ночью, когда в доме потушили огни и особняк крепко спал, не ожидая потрясений.
– Какой огромный дом! – вздохнула Дороти, задирая голову, чтобы оглядеть фасад и темные окна. – А какой удивительный запах!
Пахло лошадиным потом, псарней и еще какой-то гадостью. Надеюсь, что не от меня.
Вдруг тяжелая дверь открылась и, озаряя темноту двора свечами в трехрогом канделябре, на улицу высунул нос лакей.
