— Да заряди-ка на всякий случай пулей…»
Счетовод лежа зарядил ружье. В спешке он не запомнил, пулей или картечью. Милиционер велел кричать всем и сам громко повторил приказание:
— Выходи сюда! Милиция!
После дружных криков по-прежнему никто из избушки не вышел, Корчагин посоветовался с Игнахой, что делать. Оба были уверены в том, что Павел Рогов будет сопротивляться, что он чем-нибудь да вооружен. В тупом напряжении бежали секунды. Крупный дождь сильнее застучал по милицейскому макинтошу.
Вдруг дверца лесной избушки отворилась.
В темноте обозначилась человеческая фигура, она продвинулась в сторону от избушки, и Корчагин вскричал:
— Стой! Стой! Милиция!
Человек не остановился, и милиционер приказал Зырину: «Вперед! Я пойду сзади тебя! Если будет уходить, стреляй по моей команде…» Зырин встал на ноги, пробежал метров пять и вскинул ружье.
— Стой! Стой! — изо всей мочи орал Корчагин и выстрелил из нагана. — Ах, гад, сейчас уйдет… Товарищ Зырин, стреляй, а то убежит!
Счетовод машинально нажал на спуск… Выстрел берданки в лесном шуме прозвучал сильнее, но совсем по-домашнему.
Корчагин выстрелил еще раз и бросился в сторону избушки, но запнулся и упал, теряя из виду фигуру.
— Где он? — заорал милиционер, вставая. И еще два револьверных выстрела не шибко хлопнули сквозь лесной гул. Лес шумел по-прежнему равнодушно и отрешенно.
— Упал он, упал, я видел, как он повалился, — на ходу бормотал Кеша. Но его никто не слушал. Четверо уже подбежали к избушке.
Корчагин с наганом в правой руке левой распахнул дверцу:
— Выходи на волю!
Но избушка была пуста.
— Дедко, тут дедко… — позвал в это время Кеша. — Совсем, кажись, мертвый…
В избушке никого не было. Корчагин слазал внутрь и вместе с Зыриным побежал на голос Кеши.
— Где второй? — Корчагин заматерился, поскольку никакого второго нигде не было. — Удрал гад. Искать! Сопронов, Веричев, где второй?
Не убирая из-под дождя наган, он подбежал к мертвому старику.
— В голову вроде… — сказал Кеша.
Игнаха и Веричев, не глядя на «добычу», молча озирались, всматривались в лесной сумрак.
Дождь сек по щекам и слева и справа. Он словно стегал «охотников» вересовыми ветками. Веричев первый встал под застрех избушки. Навес был слишком узок. Он не спасал от воды, летевшей не сверху, а сбоку.
Леса шумели вокруг болотной избушки Никиты Ивановича Рогова. Сам Никита Иванович, уткнувшись в кустик черничника, недвижим лежал на правом боку. Корчагин еще раз обругал своих спутников.
