Он просто приказал немедленно исправить моральный облик, чтобы не допустить падения авторитета советского служащего. «Если дело дойдет до областного прокурора Головина, тебе не миновать оргвыводов…» — добавил он напоследок.
В дополнение к райкомовской головомойке дошли до предрика слухи, что Палашка Миронова снова беременна, и в Шибанихе будто бы опять думают на него, то есть на предрика. Мол, больше и некому. Нет, это уж слишком!
— Дак ты чего ходишь по кабинету как журавель по болоту? — опять спросил Скачков и хохотнул.
— Жил бы тихо, да от людей лихо, — ответил предрик.
— Каковы дела с ворошиловским жеребцом?
При таком вопросе Микулин воспрянул духом, заулыбался и сел.
— Таскать, жеребца Ворошилов берет! Он объявляет нам благодарность! Из Москвы бумага пришла. Надо припасать вагон и конюха, жеребца будем отправлять. На, почитай!
Пока Скачков читал бумагу с ворошиловской благодарностью, предрик снова поугрюмел и начал вышагивать.
— Дак это же хорошо! — оживился Скачков. — Прогремишь на весь Советский Союз! Бумагу-то подписал сам нарком!
— Сам-то сам…
— Тогда в чем дело?
Скачков не знал пока про Палашкино заявление, но опытным глазом следователя он давно заметил, что микулинское расстройство на личной почве.
Следователь спросил, что в голове у предрика. В голове же у Микулина торчала одна загвоздка: Палашкина дочка. Вдруг и второго ему судом припишут. Опозорится он на всю область. Хотя ко второму Палашкиному заходу предрик не касался ни сном, ни духом. Кто успел? Неизвестно… Присудят вот алименты за чужого, и будешь всю жизнь платить.
Но самое главное — оргвыводы за моральное разложение. Микулин только что собрался идти расписываться со скачковской секретаршей синеблузницей Любой. Было о чем думать!
Скачков расхохотался, когда выслушал предрика:
— Да, оказывается, дело не в жеребце, а в кобыле! Николай Николаевич, есть о чем тужить. Все в наших руках. Мы это дело уладим вмиг. Не тужи, дорогой.
— Как ты уладишь?
Они стали приятелями с того самого дня, когда Микулин подписал бумагу на Игнаху Сопронова.
Сопронов отсидел свое и, несмотря на участившиеся припадки, опять пошел в гору. Он и привез весть о Палашкином брюхе, когда приезжал на совещание работников райсоюза. До этого его выбрали в председатели Ольховского сельпо, хотя метил Игнаха в сельсовет на место Веричева.
— Уладим мы это так, — посерьезнел Скачков. — Сегодня же поговорю с прокурором, скажу ему и про ворошиловскую благодарность.
