— Запамятовал, — развожу руками. — Долго там еще?
Директор ресторана, который приехал по звонку, ходит по помещению и осматривает все скрупулезно. Даже косится на меня. Бедолага недоволен тем, что в ресторане ночевали.
А что поделать? Варианта у нас иного не было.
— Да нет, за час управимся, — отмахиваются рабочие от меня.
— Отлично. Потом позвоните моему заму, я предупрежу, чтобы рассчитались с вами по двойному тарифу.
— Да брось, Игнатьич, — снова отмахиваются от меня по-свойски. — В конце концов, наш косяк.
Надо было с самого начала делать нормально, а не разбивать работу на два дня.
— Ладно, мужики, я поеду. Вон ходит директор ресторана, если что, все вопросы к нему.
— Поняли, Герман Игнатьевич. Ну, бывай.
Выхожу из ресторана, сажусь в машину, завожу ее. Жду, когда климат-контроль заработает в полную мощь и выгонит горячий воздух из салона, а сам слепо смотрю перед собой.
Сижу так некоторое время, понимая, что ехать домой не хочется.
Но мне нужно заскочить туда, чтобы переодеться.
Да и с Инессой следовало бы разобраться. Как только стало ясно, что нам с Тамилой не выбраться до самого утра, я сразу отписался Инессе, а она мне всю ночь написывала какой-то бред, порывалась приехать в ресторан.
Еду домой неспешно. Утренних пробок получилось избежать, поэтому я в какой-то момент даже начинаю кайфовать от дороги.
Паркуюсь, вхожу в подъезд. Решаю подняться по лестнице, а не ехать на лифте.
В квартире тишина, что неудивительно — Инесса не встает раньше одиннадцати утра.
Прохожу в спальню и охреневаю на пороге, потому что в комнате страшный срач.
Абсолютно все мои вещи разбросаны, даже носки и ремни — одежда и всякие мелочи валяются на полу, шкафы зияют пустотой.
Ну и в довершение картины Инесса, развалившаяся поперек кровати.
— Инесс, — дергаю ее за плечо.
Та поднимает голову, еле-еле продирая слипшиеся наращенные ресницы.
— Гера? — спрашивает хрипло.
— Ты ждала кого-то другого? — интересуюсь невозмутимо.
Инесса не отвечает.
С трудом принимает сидячее положение и смотрит на меня мутным взглядом, а я, переступая через свою одежду, подхожу к окну и распахиваю его настежь.
— Фу! Там жара, закрой.
— Фу — это здесь, а не там. Ты сколько вчера выпила? — морщусь.
В комнате страшно воняет перегаром. Раньше Инесса никогда себе подобного не позволяла. Это что-то новенькое.
— Немного, — пожимает плечами. — Бокал, может, больше."
"— Угу, — иду обратно к выходу из спальни.
