Теперь мне его жалко, а за себя стыдно.
— Может, поплаваем? Освежимся перед ужином, — предлагает он, догоняя меня у красиво подсвеченного бассейна.
Бугор в его штанах все еще заметен, витающее в воздухе напряжение никуда не делось. Если я поддержу его идею, мы гарантировано сорвемся. Хочу ли я этого? Да! И остаться еще на три дня безумно хочу. Но здравый смысл говорит, что после все еще больше усложнится, и мне будет больнее. Мы вроде как договорились «делать вид» —надо держаться.
— Лучше не рисковать, Коть.
С совместными водными процедурами у нас как-то не задалось, — бросаю через плечо, продолжая эффектно дефилировать к беседке.
Слышу за спиной низкий смех и сама прыскаю. Косте всегда заходил мой придурковатый юмор. Теперь мы вместе смеемся над нашим провальным сексом в душе. Как докатились до такого?
Мы больше не друзья, но и не пара. Мы непонятно кто, нам нет определения. Но, как и раньше, мы на одной волне.
За ужином я продолжаю острить. Бокал шампанского на пустой желудок творит чудеса — захмелев, я расслабляюсь и отпускаю ситуацию.
Не думаю, как будет дальше, не загадываю. Тараторю обо всем на свете, а Костя больше слушает и поглядывает на меня с улыбкой.
Мы вспоминаем Крым, наших общих знакомых. Само собой, разговор заходит и о Максе. Я рассказываю, почему практически перестала общаться с братом. В красках описываю его развод с Кариной, который тянулся несколько лет и превратился в нескончаемую череду скандалов. Макс постоянно пропадал в так называемых командировках, а сам крутил романы с моделями и попадал в колонки сплетнейзападных таблоидов.
Какая жена такое выдержит?
— Надо же… Дор никогда не был тусовщиком, — удивляется Костя.
— Но стал им после того, как вы рассорились, — развожу руками."
"— Мы не ссорились. Просто наши пути разошлись, — поправляет.
— Из-за Лизы Бережной? Потому что ты тоже с ней спал?
Вопрос, который я хотела задать целых пять лет, наконец срывается с языка. В ожидании ответа я допиваю шампанское залпом и смотрю на Костю в упор.
— Маш, что за глупости? — недоуменно хмыкает он, наполнив мой бокал. — Когда вы с Дором улетели, Лиза почти сразу вышла замуж и эмигрировала. У меня с ней ничего не было и быть не могло. Она любила твоего брата, он любил ее, и у них все было всерьез и по-настоящему. Только закончилось плохо[1]…
Ему неприятно вспоминать ту историю, и он явно что-то не договаривает, но точно не врет. Меня его ответ устраивает, копаться в прошлом больше не хочется.
