– А что, если и сама сабля не была украдена? Что, если ее в доме вообще не было? Просто отец куда-то спрятал ее, как спрятал ножны… Может такое быть?
– Не знаю… – тихо и неуверенно сказал отставной полковник КГБ.
– А сколько сабля с ножнами может стоить? – спросил Василий Иванович.
– Не меньше элитной квартиры в Москве. – Иван Александрович, кажется, начал брать себя в руки. – Но это только в том случае, если они составляют комплект. Сабля без ножен стоит меньше половины. Ножны без сабли вообще стоят только как изделие, украшенное позолотой и драгоценными камнями.
Ножны по отдельности никому не нужны. Их никто не купит. Даже музей.
– Но можно же продать драгоценные камни? По отдельности…
Иван Александрович чуть не задохнулся от такого предположения.
– Приезжайте скорее, – сказал он хрипло.
2Следующий звонок был адресован Петро Никифоровичу Охамело.
– Товарищ полковник, большая просьба к вам. Я сейчас в город съезжу, купить кое-что и дела кое-какие сделать.
К вечеру, скорее всего, вернусь. Если кто-нибудь посторонний приедет, из дома, пожалуйста, не выходите. И не потому, что это чревато неприятностями для вас. Это может нам помешать. Очень нужно, чтобы кто-то приехал…
– Понял, сынок. Я человек дисциплинированный, хотя никого и не боюсь… Но раз надо, так и сделаю.
– Купить вам что-нибудь нужно?
– Завтра в десять утра автолавка приедет. Все, что заказывал, привезут. Разве что водочки бутылку…
– Хорошо, не забуду."
"Петро Никифорович сам сказал, что человек он дисциплинированный.
Значит, с этой стороны можно было быть спокойным, и он никому не помешает, если кто-то приедет. Хотя и сложно было предположить, что Самойлов настолько оперативен, что сумеет так быстро среагировать и появиться в деревенском домике. Но предусмотреть следует все, в том числе и визит людей Ивана Александровича в то время, когда сам старший лейтенант будет находиться у инициатора обыска. А обыск будет в любом случае, в этом можно было не сомневаться.
Возможно, последует даже попытка силового давления на Василия. Хотя последнее маловероятно. На отца тоже силового давления, скорее всего, не оказывали, поскольку понимали бесполезность таких действий. Но там сабля была на виду. Ножны же пока неизвестно где, и потому обрывать нить нельзя. Иван Александрович слишком осторожный человек для таких рискованных шагов.
Интересно было бы отследить сеть его контактов.
