А выпить все же хочется. Давно не пил, а один не имею привычки…
* * *Дед Морозов позвонил только в половине первого ночи.
– Отбой, Василий Иванович.
– Я и так уже, товарищ полковник, сплю… – спросонья не включился в разговор Арцыбашев."
"– Операции – отбой, – пояснил полковник. – Принято решение задействовать отдельную мобильную офицерскую группу. У нас нет гарантии, что Азирхан Насир примет твое приглашение, – это раз.
Сабля в настоящее время находится в следственном комитете и, согласно букве закона, может быть возвращена тебе только после конечного судебного заседания. Получить ее даже для проведения операции организационно сложно. Требуется подписать кучу бумаг, а на это уйдет много времени. Сам знаешь, с нашей бюрократией только с «калашниковым» можно бороться… А Азирхан Насир, в случае договоренности, в состоянии прилететь уже завтра.
Что тогда делать? Проще будет группе сработать… Ребят пошлем опытных. Конечно, им, как и тебе, работать придется в «автономке». Но им не привыкать. Значит, ты завтра выезжай в Москву.
– Можно перенести приезд на послезавтра? Послезавтра с утра буду в ГРУ.
– Причина?
– Личного плана.
– Можно. Приезжай послезавтра утром. Ждем тебя. Пока выражаю устную благодарность командования и поздравляю с присвоением капитанского звания. Министр подписал приказ только вчера.
– Спасибо, товарищ полковник. Тогда – тем более – только послезавтра утром. Завтра до обеда отлеживаться буду.
– Понял. Привел Охамело…
Василий Иванович встал, умылся, оделся, прихватил с собой вторую бутылку водки, купленную накануне вместе с бутылкой для отставного ментовского полковника, и отправился к соседу в гости.
Он не сомневался, что Петро Никифорович примет его и в это время. Жалко, у него не было в запасе дополнительной звездочки! Обмывая очередную звездочку, офицер обязан зубами достать ее со дна стакана, наполненного водкой…"
