Повернул направо, открыл дверь, ведущую на кухню, и быстренько юркнул в нее. Проскочил в узкий проход между плитами и едва не снес поваренка с ведром.
Я оказался на заднем дворе, пересек его, шагнул через низкий заборчик и резво понесся к машине, стоявшей неподалеку. Это был серенький «Форд» не первой молодости с затемненными стеклами.
Я распахнул заднюю дверцу и прилег на сиденье.
– Трогай! – скомандовал я и глянул на часы.
Очень скоро моим друзьям надоест любоваться пустым столиком и сумкой, висящей на спинке стула.
Они начнут суетиться.
– Есть, сэр! – пролаял в ответ водитель, тот самый брюнет, сидевший через три столика, и придавил педаль газа."
"Глава 35
Стремительный полет мысли, еле слышный скрип мозгов
Я вам не какой-то Джеймс Бонд с правом на убийство и не герой лихих боевиков с собственным персональным кладбищем, но тоже время от времени переправляю людей из этого мира в тот. К слову сказать, не первый год. Начал еще в юности, на той самой войне, на фиг никому не нужной, и с переменным успехом продолжаю до сих пор.
Исключительно в интересах оперативной необходимости и без малейшего, уверяю, удовольствия.
Работа, блин, у меня такая. Одни варят сталь, другие лечат детишкам зубки, третьи выращивают на продажу огурчики-помидорчики, а я занимаюсь черт знает чем. Так уж вышло.
– Значит, будем валить? – уточнил Гор и извлек из холодильника пару бутылок пива.
Одну из них он поставил передо мной, содержимое второй стал с удовольствием переливать в себя.
– Благодарю.
– Я свинтил пробку и сделал пару глотков. – А куда денешься?
Гор, это тот самый парень, который привез мне деньги и документы из Франции, заодно здорово меня выручил, помог разобраться с одной милой дамой по кличке Бульдожка.
«Можешь на него положиться, – сказал о нем Толя Фиников, оперативный псевдоним Грек, мой старинный друг, и добавил: – Боевой паренек: сначала сербский спецназ, потом легион».
«Понял», – ответил я тогда и совершенно неинтеллигентно сплюнул на пол.
Нет, все-таки Россия честнее обошлась с солдатами афганской войны.
Она просто о нас забыла. Сербия же с теми парнями, которые проливали за нее кровь, поступила в лучших традициях европейской политкорректности: объявила их военными преступниками.
Высокий черноволосый парень, чуть старше тридцати. Веселый и улыбчивый. Только в глаза ему лучше не заглядывать.
«Горан, – представился он и протянул мне широкую ладонь. – Зови меня просто Гор».
Теперь нам предстоит поработать вместе.
