От этих слов я снова начинаю плакать.
Это напряженные десять минут.
После того как Адриано с помощью какого-то фокуса заставляет появиться моего отца, он подвозит детектива полиции на потрепанном Фиате и высаживает его возле квартиры.
Адриано возвращает одолженный у Де Луки мобильный телефон. Он пишет братьям сообщение о нашем приезде.
— Запомни — бери паспорт, собирай вещи и первым же рейсом улетай из Европы. Не обязательно туда, где ты планируешь осесть, — просто уезжай. У тебя примерно двенадцать часов форы по сравнению с твоими бывшими коллегами, так что успевай.
Де Лука кивает.
— Спасибо.
Затем он уходит, готовый начать новую жизнь.
Я завидую ему.
Я бы тоже хотела начать новую жизнь с двумя миллионами евро на банковском счету.
Хотя, если бы мне пришлось оставить родителей, я бы не смогла этого сделать.
Да и…
Если честно…
Если бы мне пришлось оставить Адриано, я бы тоже вряд ли смогла это сделать.
Мы выезжаем из Флоренции в тосканскую сельскую местность. После огней города темнота над окружающим пейзажем является абсолютной.
Адриано за рулем, а я сижу с отцом на заднем сиденье.
Адриано засыпает отца вопросами, одним за другим.
Я не понимаю и половины из них — но мне все равно. Я просто все время держу папу за руку, радуясь, что он жив.
Единственное, что мне очень интересно, — это почему исчез мой отец…
И как Адриано удается его найти.
— Я должен был затаиться, но знал, что Агрелла могут добраться до меня практически в любой точке Флоренции, — объясняет отец.
— У меня не было времени вернуться в свою квартиру и забрать жену — к тому же я полагал, что за ней наверняка следят, чтобы узнать, не появлюсь ли я. Поэтому мне пришлось спрятаться, по крайней мере, на выходные.
— Значит, ты отправился в единственное место, где, как ты знал, можно провести три дня так, чтобы никто не узнал, где ты находишься, — говорит Адриано.
Папа кивает.
— В тюрьму.
— Я не понимаю, — растерянно спрашиваю я.
— Я знал, что если меня арестуют после пяти вечера в пятницу, — объясняет папа, — то суды будут закрыты на выходные.
И обвинение будет предъявлено только в понедельник утром. Поэтому я позаботился о том, чтобы меня арестовали в пятницу вечером.
Адриано усмехается.
— Плюнув на полицейского, не меньше.
— Папа! — восклицаю я, потрясенная. Он всегда учил меня уважать полицию.
— Только так я мог быть уверен, что меня арестуют, — возражает он. — Я прополоскал горло дешевым скотчем и вылил остатки бутылки на свою одежду.
