Он проглотил таблетку, вытянул ноги, содрогнулся и спросил:
— Ну, что у нас происходит? Грэм Хардейкр никаких картинок не присылал?
— Присылал. — Робин заспешила к монитору. — Сейчас.
Щелкнув мышкой, она открыла фото лейтенанта Джонаса Агьемена.
Они молча вглядывались в лицо молодого человека неоспоримо эффектной внешности, которую не портили даже большие оттопыренные уши, унаследованные им от отца. Красно-черная с золотом форма сидела на нем как влитая. Немного асимметричная улыбка, высокие скулы, квадратный подбородок, темная, как свежезаваренный чай, бронзового оттенка кожа.
В нем было то же самое беззаботное обаяние, какое отличало и Лулу Лэндри, та же неуловимая особинка, приковывающая взгляд.
— Похож на нее, — приглушенно сказала Робин.
— Да, действительно. Еще что-нибудь интересное было?
Робин тут же собралась:
— Ой да, конечно… Полчаса назад звонил Джон Бристоу, сказал, что у него никак не получается с вами связаться. Три раза звонил Тони Лэндри.
— Этого следовало ожидать. И что он сказал?
— Он был совершенно… ну, в первый раз просто хотел с вами поговорить, а когда я ответила, что вас нет, сразу бросил трубку — я даже не успела дать ему номер вашего мобильного.
Во второй раз потребовал, чтобы вы немедленно ему перезвонили, и тоже бросил трубку, даже не выяснив, вернулись вы или нет. А в третий раз он был… просто… вне себя от злобы. Разорался.
— Если он вас оскорблял… — грозно нахмурился Страйк.
— Да он, в принципе, не оскорблял. Вернее, меня не оскорблял… а все больше вас.
— Так что же конкретно он говорил?
— Нес какую-то околесицу, обзывал Джона Бристоу тупым ублюдком, потом стал кричать, что Элисон как сквозь землю провалилась и будто бы это как-то связано с вами, грозился засудить вас за клевету — я ничего не поняла.
— Элисон не вышла на работу?
— Похоже, так.
— А он не сказал куда… нет, конечно нет, откуда ему знать? — закончил Страйк, обращаясь скорее к самому себе, чем к Робин.
Он посмотрел на запястье. Видимо, при падении он повредил свои дешевые часы: они показывали одиннадцать сорок пять.
— Который час?
— Без десяти пять.
— Уже?
— Да. У вас есть какие-нибудь поручения? Я могу немного задержаться.
— Нет, идите-ка вы лучше домой.
Он сказал это таким тоном, что Робин, вместо того чтобы тут же взять пальто и сумочку, приросла к месту:
— Вы ждете развития событий?
Страйк возился со своей ногой, чуть ниже колена.
— Я ничего не жду. Просто вы в последние дни и так постоянно работаете сверхурочно.
