Наташа хлопотала возле раненых, но все время подбегала к лежащему на кушетке лейтенанту, смачивала ему губы и подбадривала, как могла. Бегала на разведку в операционную и говорила, что доктора работают очень быстро, и совсем скоро он попадет на операционный стол, и все будет хорошо. В ожидании операции хирург назначил лейтенанту промедол, Наташа хотела сделать инъекцию, но Альберт отказался. Сказал, что хочет до конца ясно чувствовать жизнь. Наверное, более опытная медсестра вела бы себя иначе, спокойно и величаво, а Наташа все бегала, суетилась, проверяла повязку на ране, хотя прекрасно знала, что все беды внутри брюшной полости и повязка ничего не значит, измеряла давление и пульс и от нетерпения вонзала в ладони свои под корень остриженные ногти.
Наконец лейтенанту это надоело, он взял ее за руку и сказал: «Мне не страшно, и ты не бойся. Просто посиди рядом». Она послушно села и улыбнулась. Смочила ему губы, но долго не выдержала, вскочила и, подозвав санитара из числа срочников, переложила Альберта Владимировича на носилки и сняла с него обмундирование, чтобы не тратить ни секунды лишней, когда операционная освободится.
Все время, пока хирурги работали, Наташа тряслась от страха. Именно тогда она выкурила свою первую сигарету, стрельнув у того же санитара. Иначе сердце бы разорвалось от волнения. Лейтенант остался жив, и первым же транспортом его отправили в центральный госпиталь. Наташа хотела с ним повидаться, но Глущенко еще не отошел от наркоза и для транспортировки был напичкан разными обезболивающими, поэтому не узнал ее, а тормошить больного Наташа не стала.
Потом она никогда не забывала лейтенанта и его слов: «Мне не страшно, и ты не бойся». Хотела его разыскать, но мешала тупая женская гордость и страх. С какой стати будет человек влюбляться в девушку, которую знал полтора часа, все это время пребывая на грани жизни и смерти? Наверное, ему было о чем подумать о другом, кроме как к девушке подкатить. Наташа не сомневалась, что Альберт Владимирович ее запомнил и благодарен, что она была рядом в трудную минуту, но на этом все.
Вряд ли он обрадуется, если она вдруг кинется ему на грудь. Поэтому Наташа не предпринимала никаких шагов, втайне мечтая о том, как было бы прекрасно, если бы Глущенко сам ее нашел. Но мечты оставались мечтами до того момента, как она поступила в аспирантуру.
Альберт Владимирович мало того, что не узнал, так еще и возненавидел.
А теперь узнал, но «этого не нужно». И все же он не выпускает ее руки из своей.
