Потому что я начала рассуждать здраво и прекрасно понимала, что мама не встанет на мою сторону. Она скорее отругает меня за то, что я без предупреждения поехала в офис мужа.
Я, как могла, тянула время, натягивая на себя привезенный охранником спортивный костюм, долго шнуровала кроссовки, расчесывалась и поправляла макияж. Из палаты я вышла, готовая ехать домой, но не готовая к встрече с мужем. Игнат тут же подошел ко мне и попытался обнять за талию, но я аккуратно выкрутилась из объятий. Хотелось кричать на него, послать или вообще проклясть, но вокруг было слишком много свидетелей.
Поэтому я задрала повыше подбородок и пошла на выход, преследуемая собственным мужем.
По дороге домой в машине была звенящая тишина. Диму Игнат отпустил, как и своего водителя, поэтому сидел за рулем сам. Я села на заднем сидении, не желая быть близко к своему мужу. Прислонившись лбом к стеклу, я прикрыла глаза.
– Ама, мне очень жаль, ― произнес Игнат через время, и внутри меня скрутился новый болезненный узел.
Я чувствовала, что Игнат смотрит на меня в зеркало заднего вида, но не хотела встречаться с ним взглядом. ― Поговори со мной.
Я слегка качнула головой, давая понять, что не расположена к общению. Успокоительные сделали свое дело. Меня клонило в сон и совершенно не хотелось рыдать. Внутри меня образовалась пустота, которую даже ничем не хотелось заполнить. Внезапно в салоне машины раздался звонок моего телефона. Мелодия подсказала, что звонила Марго, но и с ней я сейчас не могла разговаривать.
Просто отключила звонок и поставила телефон на беззвучный режим, сжав его в ладони. Сестра как будто чувствовала, что со мной что-то не так, потому что продолжала набирать мой номер практически безостановочно до самого дома.
Я поднялась в свою спальню и заперлась, отсекая попытки Игната наладить разговор. Тут же позвонила Маргарите.
– Господи, Ама, у тебя там все нормально? ― взволнованно спросила она. ― Я уже несколько раз тебе звонила.
– Прости, неудобно было разговаривать.
– Тогда принимай новости: ты стала тетей! ― выкрикнула она, и новый виток боли пронизал все мое тело. Даже успокоительные не помогли, я всхлипнула. ― Ама, все хорошо?
– Да, я просто очень рада за тебя, милая. Так рада! Как наш богатырь?
– Почти четыре килограмма, глазищи синие. И крикливый такой. Олег чуть в обморок не рухнул во время родов, представляешь?
Марго продолжала щебетать о своих родах, о ребенке, о том, как первый раз прикладывала его к груди.
