Между тем достаточно рассвело, и он поднялся на возвышенное место, чтоб осмотреться и сориентироваться, однако заметил, что вся западная сторона леса затянута густым морозным туманом, так что не видно деревьев, хотя к югу он разреживался настолько, что на горизонте воздух уже был прозрачным. Ражный решил, что пар поднимается от незамерзшей речки, и направился через нагромождения бурелома в туманную сторону и скоро оказался в густом молоке, как бывает в горах, когда вдруг наносит тучу. Однако в воздухе повисла полная, закладывающая уши тишина, и даже в кронах высоких елей не было признаков ветра.
Почти наугад Ражный прошёл ещё метров двести и вместе с сильным сердцебиением, словно от нехватки кислорода, вдруг ощутил, что, не желая того, без всякой помогли приближается к состоянию Правила и ноги уже отрываются от земли.
Он ещё не до конца овладел Правилом, чтобы одним лишь усилием воли высвобождать солнечную энергию из костного мозга и достигать желаемого полёта, а тут его приподнимало вверх, словно исчезло земное притяжение.
И без всякого внутреннего напряжения!
Ражный двигался, едва касаясь земли, но реки все ещё не было и, судя по тому, что шёл все время на подъем, и быть не могло. Да и теперь неважно было, что там впереди, поскольку состояние полёта, когда в любой миг можно было оттолкнуться от земли и взмыть выше деревьев, ощущая томительно-радостное, предоргазмовое состояние, затушёвывало все остальные чувства и желания. Он едва сдерживался, чтобы не уйти в свободный полет: несмотря на восторг, в подсознании однако же оставался тайный сторожок, своеобразный якорь на канате, цепляющийся за дно, — слишком внезапно и без всякого труда досталось Правило.
А за все, что даётся легко, потом придётся платить…
И ещё в глаза бросилась странность: от густого и относительно тёплого пара деревья на холоде должны бы закуржаветь от корня до вершины, но они стояли сухие, и лишь кое-где виднелись примёрзшие комья снега.
Ражный успел сделать ещё несколько плавающих шагов в невесомости и неожиданно не ощутил, а увидел ветер! Никакого движения воздуха — хвоинка не трепыхнулась, легчайший иней не сдуло! — а туман вдруг понесло со стремительной силой, будто штормовым порывом, и в один миг окружающий лес высветлился, так что впереди открылось небо, чистое место и восходящее солнце!
И в тот же миг это чудное явление, этот видимый, но неосязаемый ветер сдул невесомость и отяжелил его, придавил к земле.
