Остальные обступили Аль-Сорну, глядя на него так, будто он вышел прямо из их снов. Ему стало не по себе.
— Я пришел сюда потому, что Королевство в беде, — сказал он им. — Тем, кто последует за мной, я могу предложить лишь тяготы войны. Те, кто не желает сражаться, могут уйти.
— Никуда мы без вас не пойдем, милорд, — всхлипывая, произнес мужчина. Он как клещ вцепился в руку Ваэлина. Остальные согласно заропотали. — Я был с вами в Линеше, и я знал, что вы никогда не оставите нас. — Пленники сгрудились вокруг, что-то благоговейно бормоча.
— Вы поведете нас к свободе… Владыка башни, благословленный Ушедшими… Восстановите справедливость, милорд… Они убили моих детей…
— Достаточно! — рявкнул Норта, локтями прокладывая себе дорогу сквозь толпу. — Отойдите, оставьте его светлость в покое. Вот же свора подхалимов!
В конце концов освобождать Ваэлина от обожания простолюдинов пришлось гвардейцам. Капитан Адаль подвел к Аль-Сорне Огонька, владыка вскочил в седло.
— Проводите их до лагеря, — приказал он капитану, — и раздайте желающим оружие.
— Даже женщинам, милорд?
Ваэлин вспомнил жажду мести в глазах одной из бывших пленниц, которая остервенело колотила труп воларца своими цепями.
— Им тоже. Кто не захочет или не сможет держать в руках оружие, пусть помогают брату Келану или идут работать на кухне, — сказал Ваэлин и вместе с Нортой и Лорканом поехал обратно в лагерь.
Снежинка бежала впереди, то подпрыгивая, то останавливаясь покататься в высокой траве, ее белый хвост так и мелькал там и сям.
— Она всегда веселится после удачной охоты, — объяснил Норта.
— Брат, ты… в порядке? — осторожно спросил Ваэлин, поймав его затравленный взгляд.
— Я думал, все пройдет легче, — тускло улыбнулся Норта. — Но оказалось, сердце болит, даже когда дело касается подобной швали.
— А я думал, будет гораздо хуже, — отозвался Лоркан, хлебнув вина из прихваченной в лагере фляжки. По тому, как он растягивал слова, Ваэлин заподозрил, что этот глоток далеко не первый. — Стукаю я, значитца, последнего оставшегося мудака.
Все как вы мне наказали, милорд. Бац! Точняк позади уха! А он, зар-раза, и не думает падать, как другие прочие, только пошатнулся чуток и за мечом тянется. — Лоркан опять поднес фляжку к губам, и Аль-Сорна заметил красные пятна на его руках. — Короче, увидал он меня. Стоит кого коснуться — и все, меня видно.
— Но только обыкновенные люди, да? — спросил Ваэлин. — Одаренные тебя все равно видят, а для остальных ты словно исчезаешь?
— Все верно, милорд.
