— Норта наложил на тетиву стрелу и пошел за Лорканом. — Мы постараемся защитить рабов, а вы приходите, как только услышите шум.
— Но его же видно, — сказал Ваэлин, кивая на удаляющуюся тень Лоркана.
— Правда, что ль? — ухмыльнулся Норта, оглядываясь. — Лично я никого не вижу. — Пригнувшись, он двинулся вперед, Снежинка скользила в высокой траве бок о бок с ним.
— Он правду говорит, милорд, — прошептал Адаль. — Пацан просто… взял и исчез.
Они дождались, пока небо над горизонтом не почернело: звезды загорелись в безоблачной пустоте, а месяц окрасил колышущуюся траву бледно-голубым.
— Э-э-э… Милорд!
Ваэлин посмотрел на Адаля. Тот протягивал ему меч рукоятью вперед, при этом лезвие лежало на его предплечье."
"— Благодарю за заботу, капитан, но — нет. Мне кажется, этой ночью меч мне не понадобится.
Крепко завязанный холщовый сверток все так же был приторочен к седлу Огонька.
Вскоре послышались крики, захлебнувшиеся в протяжном рычании Снежинки. Ваэлин пустил коня в галоп, гвардейцы последовали за ним, и через несколько ударов сердца они уже были в воларском лагере.
Вылетев на середину, Аль-Сорна увидел травильного пса с разорванным горлом. Снежинка отшвырнула собаку мощным ударом лапы и оглянулась вокруг в поисках следующей жертвы. Между повозками валялись трупы: некоторые пронзенные стрелами, но бóльшая часть врагов явно успела пообщаться со Снежинкой. Несколько воларцев еще пытались сопротивляться, размахивая своими кнутами и короткими мечами, однако отпор был быстро подавлен: кого-то зарубили, а остальные подняли руки, надеясь на пощаду.
Надеялись зря, поскольку после всего увиденного в деревне северяне не склонны были испытывать жалость.
Норта помогал Лоркану освобождать пленников. В повозках находилось около сотни человек — видимо, работорговцы захватили не одну деревню. Кое-кто, после того как с них сняли кандалы, кидался на воларцев, живых и мертвых, но большинство пребывало в каком-то отупении. Один из бывших пленников узнал Аль-Сорну и в слезах бухнулся на колени, выкрикивая слова благодарности.
К нему присоединилась дюжина других. Ваэлин слез с коня, подошел ближе и поднял руку, призывая к тишине.
— Они откликнулись на наши мольбы, — произнес мужчина, первым узнавший Ваэлина. Он не поднимался с колен. — Мы просили Ушедших прислать вас, милорд, и они это сделали.
Ваэлин помог ему встать.
— Никто меня не присылал… — начал он, но запнулся, увидев слепую преданность в глазах этого человека.
