— Почему ты меня убил? — спросила она, дрожа на ветру и заставляя Френтиса обнимать ее сильнее. Слезы потекли по его лицу, душевное спокойствие исчезло, сменившись голодной яростью.
— Это из-за всех тех людей, которых мы с тобой убили. Из-за безумия, которое я видел в твоих зрачках. Из-за того, что ты отказалась от мира.
Он сжал руки, ломая ей ребра, и она начала задыхаться в его объятьях. Мальчика подхватила волна, он принялся со смехом плескаться в море и махать руками родителям. Женщина захохотала, кашляя кровью.
— У тебя было когда-нибудь имя? — спросил ее Френтис. Она забилась в его руках, и он знал, что на ее губах вновь расцвела кровавая улыбка.
— Оно и сейчас у меня есть, любимый…
* * *Его разбудили крики. Френтис скатился с кучи папоротника, чувствуя, как протестующе застонали мышцы. Опасливо посмотрел на рану, но никаких личинок там уже не было, только повязка. Голова была легкой, он чувствовал сильную жажду, но лихорадка прошла, а кожа была сухой и холодной.
Он натянул безрукавку, позаимствованную у мертвеца, и выглянул из-под полога.
— С братом Френтисом я знаком, — орал Крысятник мастеру Греалину, — а тебя, пузан, знать не знаю! Так что пошел бы ты в жопу со своими приказами!
Френтис вытаращил глаза от удивления: вместо того чтобы двинуть в челюсть этому зарвавшемуся наглецу, мастер терпеливо кивнул и сжал руки.
— Это отнюдь не приказ, добрый человек, просто предложение…
— Шагай отсюда со своими проповедями, ты…
Френтис врезал ему по уху, и Крысятник покатился по земле.
— Не смей таким образом говорить с мастером, — сказал он и повернулся к Греалину. — Что случилось, мастер?
— Я подумал, что неплохо бы провести разведку, — ответил тот. — Пошукать по окрестностям и выяснить, правда ли мы тут одни.
— Ясно. Сейчас все сделаем. — Френтис коротко поклонился Давоке, она свежевала кролика у костра. — Госпожа посол, не желаете ли совершить небольшую прогулку?
Лоначка кивнула, сунула полуободранную тушку Арендилю и потянулась за своим копьем.
— Продолжай так, как я показала. Шкурку сохрани, — бросила она мальчишке.
— Мастеру Греалину оказывать глубочайшее почтение, — распорядился Френтис, глядя в глаза набычившемуся Крысятнику, который машинально поглаживал свою башку. — Все его приказы выполнять немедля. Если не желаете, можете проваливать куда глаза глядят, лес большой.
* * *— Ты спал беспокойно, — заметила Давока, когда они направились на восток.
