Новые надгробия появлялись всё реже и реже, чаще можно было увидеть старинные чугунные или стальные кованые кресты. Иногда кресты стояли простые, деревянные, но очень старинные. Удивительно, что они ещё не рассыпались от старости. В этой части кладбища уже давно никого не хоронили. Дальше пошли просто холмики. Без крестов. Некоторые больше напоминали кочки, чем могилы. Инга съёжилась от страха. Бабушка много раз говорила ей, что раньше часто приходилось хоронить детей, ведь не было поликлиник, прививки ещё не изобрели, да и рожать женщинам приходилось не в роддоме.
– А вдруг, это те самые детские могилки? – с ужасом подумала Инга."
"Ей, действительно, стало страшно, внутренний голос тут же принялся искать другую причину существования столь маленьких холмиков. И нашёл. Любая куча земли со временем осыпается. Когда могилу метут или сгребают листву граблями, когда ветер в жаркую июльскую пору сдувает сухой песок – холмик уменьшается. И ещё много-много причин, по которым могила превращается в кочку.
Стало немного легче. Далее высились заросли иван-чая. Кладбище закончилось. Может быть, закончилось. Точно сказать было нельзя, поскольку забор отсутствовал. Возможно, он упал от времени, а кому нужен забор в этой глуши? Вот и не стали ремонтировать, ведь кругом лес. Зачем лес отгораживать от леса? А может, кладбище продолжалось? А старые холмики просто скрывались в зарослях кипрея? Старые, никому не нужные. Никто ими не интересовался, никто не ухаживал, вот они и заросли.
Инга нашла тропинку и продолжила путь.
Иван-чай дружил с крапивой. Жгучие листья, как стражники, защищали проход, обжигая даже через плотную ткань джинсов, кофточка и тем паче не спасала. Но возвращаться Инга и не думала. В ней проснулся исследователь, который интуитивно чувствовал впереди величайшее открытие, открытие века, и плевать ему было на крапиву. Наконец, иван-чай и крапива закончились. Дальше пошли сосны. Забор так и не появился, но это было неважно. Между деревьями уже сияло солнце, лес должен был скоро уступить место поляне, полю или лугу.
И лес закончился. Внезапно.
Инга вышла на опушку. Это была даже не опушка – поляна. Возникшая среди леса, она сплошь поросла люпинами. Или была засеяна? Люпины росли так плотно друг к другу, что не оставалось сомнения в том, что кто-то изрядно здесь потрудился. Кроме люпинов ничего не было, ни травинки, ни кустика. На любой поляне можно встретить разнотравье, а здесь….. люпины и только люпины.
