Вдыхаю запах Егора, исходящий из толстовки, и слезы сами скатываются из глаз. Я, конечно, взрослая, но Давиду на это плевать — если он серьезно решил отправить меня в Испанию — он это сделает насильно, и ничего его не остановит.
— Да не надо со мной разговаривать, выпей чаю, ты уже почти час плачешь. У меня сердце разрывается, — тихо говорит Ева.
Она такая милая, добрая, отзывчивая, и я ее люблю. Утираю слезы рукавами, сажусь, прижимая ноги к груди, и беру ее пахнущий травами и медом чай.
— Как такая добрая и милая девушка как ты могла связываться с таким как Давид?! — специально говорю громко, чтобы слышал брат, потому что я собираюсь с ним воевать.
— А меня никто не спрашивал, — усмехаясь, шепчет Ева.
— Как это на него похоже… — шмыгаю носом и запиваю чаем вновь подступающие слезы. На самом деле мой брат очень любит жену, и она его тоже — это видно. Давид ещё никогда не отдавал так много женщине.
— Расскажи мне о нем, — тихо просит Ева.
— Он замечательный. Да, мы, по сути, мало знаем друг друга, но это совершенно не важно.
Важно что, когда мы рядом, я смотрю ему в глаза, чувствую прикосновения — и у меня внутри все переворачивается. Кажется, я готова принять его любым. Милым, забавным, нежным и грубым, злым, страстным, эмоциональным. Важно, что он смотрит на меня, как на богиню, и иногда пожирает взглядом. Он умеет любить прикосновениями, поцелуями и даже пошлыми словами. И мне все равно кто он такой, я тону в его небесно-голубых глазах, я… Мне не хватает воздуха без него, и только мысль, что я больше его никогда не увижу, приводит меня в ужас.
— Вау, — шепчет Ева. — Это прекрасно, — улыбается. — Но Давид настроен серьезно, — выдыхает она.
— Мне все равно, я никуда не полечу!
* * *Весь оставшийся день я игнорировала Давида и почти не выходила из комнаты. Хотелось позвонить маме, но она не остановит моего брата. Я думала, как мне избежать ссылки. Подумать только, ещё недавно я считала Испанию раем на земле, а в России мне было очень холодно, а сейчас поездка в Испанию равноценна смерти.
Правильно говорят — рядом с любимым даже ад кажется раем. Кроме как идти к Давиду на поклон, я ничего не придумала. Нужно убедить его оставить меня здесь. Любыми путями!"
"Выхожу из душа, сушу волосы, надеваю пижаму и спускаюсь вниз, надеясь застать Давида в кабинете. Ночью он всегда спокоен. Подхожу к кабинету, вижу полоску света, настраиваюсь, набираю побольше воздуха, сочиняя речь, и резко распахиваю дверь.
Боже, так сильно я ещё не смущалась.
